Добавить новость
123ru.net временно располагается в домене ru24.net

Октябрь 2012
Ноябрь 2012
Декабрь 2012
Январь 2013
Февраль 2013
Март 2013
Апрель 2013
Май 2013
Июнь 2013
Июль 2013
Август 2013
Сентябрь 2013
Октябрь 2013
Ноябрь 2013
Декабрь 2013
Январь 2014
Февраль 2014
Март 2014
Апрель 2014
Май 2014
Июнь 2014
Июль 2014
Август 2014
Сентябрь 2014
Октябрь 2014
Ноябрь 2014
Декабрь 2014Январь 2015Февраль 2015Март 2015Апрель 2015Май 2015Июнь 2015Июль 2015
Август 2015
Сентябрь 2015
Октябрь 2015
Ноябрь 2015
Декабрь 2015
Январь 2016
Февраль 2016Март 2016Апрель 2016Май 2016Июнь 2016Июль 2016Август 2016
Сентябрь 2016
Октябрь 2016Ноябрь 2016Декабрь 2016Январь 2017Февраль 2017
Март 2017
Апрель 2017
Май 2017
Июнь 2017
Июль 2017
Август 2017
Сентябрь 2017
Октябрь 2017
Ноябрь 2017
Декабрь 2017
Январь 2018
Февраль 2018
Март 2018
Апрель 2018Май 2018
Июнь 2018
Июль 2018
Август 2018
Сентябрь 2018
Октябрь 2018
Ноябрь 2018
Декабрь 2018
Январь 2019
Февраль 2019
Март 2019
Апрель 2019
Май 2019
Июнь 2019
Июль 2019Август 2019Сентябрь 2019Октябрь 2019Ноябрь 2019Декабрь 2019Январь 2020Февраль 2020Март 2020Апрель 2020Май 2020
Жизнь |

Как в СССР чуть не создали свой интернет


Как в СССР чуть не создали свой интернет



Электронные рубли, советские айпады, автомобильные навигаторы — всё это могло появиться ещё в СССР, если бы руководство страны одобрило один смелый проект. 



Наши учёные чуть не построили свою киберутопию с интернетом — помешали кремлёвские бюрократы и… куры-несушки. 











 












 



 



 





 









 



 



 



Институт кибернетики в Киеве — один из ключевых центров в СССР по созданию ЭВМ



Всё идёт по плану



К середине 1950-х промышленность Союза оправилась от последствий Великой Отечественной. Но в условиях «великих строек коммунизма» возникла новая проблема — кризис управления плановой экономикой. Народное хозяйство разрасталось такими темпами, что с каждым днём всё труднее было координировать деятельность 200 тысяч предприятий, сотен конструкторских бюро и институтов. 

Министерства не успевали оперативно отслеживать миллионы запутанных технологических цепочек. 

Росли издержки, множилась бумажная волокита, раздувался чиновничий аппарат. В 1954 году подсчитали: 15% трудоспособного населения СССР, то есть 6,5 из 44 млн человек, занимались исключительно администрированием. Разумеется, обрабатывать эти массивы информации было затруднительно: неизбежно возникали ошибки и подтасовки данных. Спасение пришло откуда не ждали — в это время началось массовое производство ЭВМ и семимильными шагами развивалась кибернетика. Решение напрашивалось само собой: проложить дорогу к «светлому коммунистическому будущему» с помощью вычислительных машин. 

В 58-м подоспел соответствующий амбициозный проект — инженер-полковник Анатолий Китов предложил автоматизировать управление страной. Создать единую общенациональную компьютерную сеть, чтобы управлять вооружёнными силами и экономикой. Увы, руководство СССР отвергло гениальный план — о причинах мы писали в статье, посвящённой восходу и закату кибернетики в Союзе. 

Но идея Китова об «электронном социализме» не умерла. Её в 62-м подхватил математик Виктор Глушков, поставивший перед собой ещё более титаническую цель. Учёный решил разработать такую цифровую систему, которая «станет верным помощником как в управлении народным хозяйством, так и в науке, литературе, искусстве и многих других областях». Иначе говоря, объединить все аспекты нашей жизни в одну сеть. Сегодня такая есть — это интернет. Нечто подобное Глушков хотел создать почти 60 лет назад. 

Неподъёмная задача? Только не для гения. 









 



Виктор Глушков с женой Валентиной, 1940-е



Обыкновенный гений



Потомственного казака Виктора Глушкова, родившегося в 1923-м в Ростове-на-Дону, трудно было вообразить на коне и с шашкой наголо. Мальчик не отличался здоровьем и носил очки с толстенными линзами. Зато закалял тело и дух: занимался гимнастикой, футболом, боксом, плаванием и скалолазанием. К тренировке ума подходил столь же серьёзно — штудировал и точные, и гуманитарные науки. За один присест одарённый школьник запоминал до 20 страниц математического текста. А стихи мог декламировать часами, причём Гёте — в оригинале. 

Научную карьеру вундеркинд сделал ошеломительную. На физмат Ростовского университета 24-летний дончанин поступил в 1947-м… и закончил его за год с отличием. В 28 — кандидат наук, в 32 — доктор, в 40 — академик и математик с мировым именем. 

Защитив докторскую, Виктор Михайлович хотел связать жизнь с высшей алгеброй. Но после знакомства с книгой Анатолия Китова «Электронные цифровые машины» загорелся кибернетикой. Мечты об умных машинах настолько захватили молодого инженера, что в 1956-м он переехал с женой в Киев — тогдашний центр кибернетических разработок. Там возглавил первую в Европе лабораторию вычислительной техники. Несколько лет спустя на её базе вырос Институт кибернетики, где под руководством Глушкова конструировали новаторскую технику. 

Например, вычислительная машина «Днепр» 1958 года помогала покорять космос — её ставили в центры управления полётами. 

Научную карьеру вундеркинд сделал ошеломительную. На физмат Ростовского университета 24-летний дончанин поступил в 1947-м… и закончил его за год с отличием. В 28 — кандидат наук, в 32 — доктор, в 40 — академик и математик с мировым именем. 

Защитив докторскую, Виктор Михайлович хотел связать жизнь с высшей алгеброй. Но после знакомства с книгой Анатолия Китова «Электронные цифровые машины» загорелся кибернетикой. Мечты об умных машинах настолько захватили молодого инженера, что в 1956-м он переехал с женой в Киев — тогдашний центр кибернетических разработок. Там возглавил первую в Европе лабораторию вычислительной техники. Несколько лет спустя на её базе вырос Институт кибернетики, где под руководством Глушкова конструировали новаторскую технику. 

Например, вычислительная машина «Днепр» 1958 года помогала покорять космос — её ставили в центры управления полётами. 









Глушков за пультом вычислительной машины «Днепр», 1960

Однако талантливый математик понимал, что создаёт не просто сверхмощные калькуляторы: ЭВМ горы свернут, если объединить их в единую сеть. Так возник проект ОГАС — «Общегосударственная автоматизированная система управления экономикой». Идею Глушкова в 62-м одобрил Хрущёв. Генсек рассматривал общество будущего как единый механизм, где «всё будет организовано на основании автоматики, кибернетики, поточных линий». Оставалось лишь подготовить чертежи этого будущего.



 











 










на картинке — Предэскизный проект ОГАС, 1964



 



Мечты о киберутопии



Разрабатывая концепцию ОГАС, Виктор Михайлович досконально выяснил, как организована отечественная экономика. Он «мог прийти в любой кабинет — к министру, председателю Госплана — и задавать вопросы». За год академик объездил более 100 объектов, от фабрик и шахт до совхозов. Удалось собрать исчерпывающий массив сведений, начиная организацией труда в регионах и заканчивая уровнем производства и размерами рынков сбыта. Выводы оказались неутешительными: 

У нас в стране все организации были плохо подготовлены к восприятию обработки экономической информации. Вина лежала как на экономистах, которые практически ничего не считали, так и на создателях ЭВМ. У нас органы статистики и частично плановые были снабжены счётными машинами образца 1939 года, к тому времени полностью заменёнными в Америке на ЭВМ. 

Спасти ситуацию могла суперсеть, где сбор, передача и анализ данных автоматизированы. Главный вычислительный центр в Москве подключался бы по широкополосным каналам связи к 200 компьютерным узлам в крупных городах. А те, в свою очередь, получали бы информацию с 20 000 региональных терминалов, размещённых на заводах, фермах и прочих ключевых объектах народного хозяйства. 

Предусматривалось создание распределённого банка данных с удалённым доступом из любой точки ОГАС. А также разработка системы математического моделирования для управления экономикой. «Скажем, ЭВМ могла определить, что в данный момент на заводе в Тольятти следует выпускать столько-то “Жигулей” с такими-то параметрами. И так по каждой продукции, производимой в СССР», — объясняла позже Вера Глушкова, младшая дочь академика. Кибернетик рассчитывал, что его «мыслящая сеть» будет контролировать не только производство и розничную торговлю, но даже электронные платежи. 









Обложка паспорта гражданина Кибертонии, 1965

Цифровые деньги, циркуляцию которых легко отследить, помогли бы одолеть теневую экономику СССР, построенную на блате, взяточничестве и спекуляциях. 

ОГАС обещала побороть и бюрократическую возню с документами. «Бумажная стихия обладает способностью рождать справки ради справок,— рассуждал кибернетик.— До 90?% этой информации никак не используется. Будущее управления связано с переходом на безбумажный документооборот». Картина вырисовывалась эпохальная — могла начаться эра цифрового социализма. 

Но за те два года, которые Глушков вместе с соратниками посвятил проекту, он не забывал и о развлечениях. На территории Института кибернетики, располагавшегося на окраине Киева, молодые учёные создали шуточное виртуальное государство. Кибертонией правил совет разумных машин, а талисманом стал робот, играющий на саксофоне. 

У «электронной страны» была конституция, паспорта, брачные свидетельства, деньги на перфокартах и листовка «Вечерний Кибер», где 31 декабря поздравляли читателей «с новым кодом». Кибертонцы издавали брошюры, регулярно устраивали в Киеве и Львове спектакли, вечера танцев и даже снимали фильмы. Однако вскоре веселье закончилось. В середине 60-х произошло событие, которые поставило под угрозу реализацию ОГАС.



 



Бюрократы против технократов



В 1964 году Политбюро показало Хрущёву кузькину мать — любителя кукурузы отстранили от власти. Проект всесоюзной сети лишился главного покровителя, а Леонид Брежнев, новый генсек КПСС, отнёсся к эпохальной затее настороженно. Например, пугал беспрецедентный размах затрат. Нужно было вложить 20 миллиардов рублей, потратив 15 лет на создание инфраструктуры, обучение специалистов и производство ЭВМ. Глушков признавал, что его детище «сложнее космической и атомной программ вместе взятых». Однако результат, по подсчётам учёного, окупил бы все усилия с лихвой: 

Хотя стоимость проекта ориентировочно оценивалась в 20 миллиардов рублей, рабочая схема его реализации предусматривала, что вложенные в первой пятилетке первые 5 миллиардов рублей в конце пятилетки дадут отдачу более 5 миллиардов, поскольку мы предусмотрели самоокупаемость затрат на программу. А всего за три пятилетки реализация программы принесла бы в бюджет не менее 100 миллиардов рублей. И это ещё очень заниженная цифра. 

Увы, вместо технологического рывка руководство страны решило обойтись малой кровью — затеяло реформы по внедрению рыночных отношений в плановое хозяйство. «Наши горе-экономисты», как вспоминал Виктор Михайлович в мемуарах, обещали, что «экономическая реформа вообще ничего не будет стоить. То есть будет стоить ровно столько, сколько стоит бумага, на которой будет напечатано постановление Совета Министров, и даст в результате больше». 

Имелась и ещё одна веская причина, по которой чиновники не одобрили киберкоммунизм. С внедрением электронного разума отпала бы надобность в многоэтажном административном аппарате: начальники просто лишились бы директорских кресел. Допустить такое министры не могли.











 










Глушков с главным конструктором ЭВМ «Проминь», 1964



 



Доверить перфокартам управлять Кремлём? Ну уж нет!



В итоге проект ОГАС в 64-м приостановили. Глушкову поручили компьютеризацию отдельных предприятий. С задачей он справился блестяще. Например, в 1967 году на львовском телевизионном заводе «Электрон» заработала первая в Союзе автоматическая система управления производством. Ещё одну АСУ в конце 60-х запустили на Кунцевском радиозаводе в Москве. 

Но это всё — локальные успехи. Глушков же по-прежнему грезил о киберсоциализме и продолжал стучаться в различные ведомства, отстаивая важность своих идей. В начале 1970-го ему улыбнулась удача — Кремль вновь заинтересовался темой ОГАС. Вряд ли в номенклатурщиках проснулось здравомыслие — просто к тому времени появилась информация, что Минобороны США успешно протестировало компьютерную сеть ARPANET, из которой потом вырос наш любимый интернет. Конечно, никто тогда не видел в «арпанете» предшественника глобальной сети. Но в Союзе понимали — надо ответить.



«На ферме яйценосность повысилась»



Утром 1 октября 1970 года в Кремле началось заседание Политбюро, посвящённое внедрению ОГАС. Когда Глушков вошёл в бывший сталинский кабинет, он заметил пару пустующих кресел. Отсутствовали две ключевые фигуры, потенциально готовые поддержать проект, — генсек Леонид Брежнев и Алексей Косыгин, председатель Совмина. Из-за календарных накладок оба на тот момент были в отъезде. 

Без влиятельных союзников Виктор Михайлович не сумел отстоять свою наработку. Партийные функционеры согласились, что компьютеры важны для автоматизации хозяйства, но воспротивились электронному управлению страной. Яростнее всего критиковал Гарбузов, министр финансов: 

Я ездил недавно в Минск. И там на одной птицеводческой ферме птичницы сами разработали вычислительную машину. Три программы выполняет: включает музыку, когда курица снесла яйцо, свет выключает и зажигает и прочее. На ферме яйценосность повысилась. Вот, что нам надо делать: сначала все птицефермы в Советском Союзе автоматизировать, а потом уже думать про всякие глупости вроде общегосударственной системы. 

Политбюро утвердило ОГАС, но в максимально урезанном виде. Вместо автоматизации экономики — создание вычислительных центров в регионах и внедрение АСУ на отдельных предприятиях. Связать объекты, подобно ARPANET, планировали со временем. Но и это толком не удалось. 

С 1976 по 1985 год построили 21 компьютерный узел, охватив 2000 предприятий. Однако объединить несколько центров в единую сеть не получилось. Не было общего стандарта: разные модели ЭВМ конфликтовали друг с дружкой. Да ещё часто прерывалась связь, зависали серверы, сбоили программы. 

В итоге советский онлайн выглядел так: народ приходил в вычислительный центр со стопками перфокарт, а уходил с рулонами распечаток. Вот и весь удалённый доступ. 











 



 



 



Политбюро утвердило ОГАС, но в максимально урезанном виде. Вместо автоматизации экономики — создание вычислительных центров в регионах и внедрение АСУ на отдельных предприятиях. Связать объекты, подобно ARPANET, планировали со временем. Но и это толком не удалось.

С 1976 по 1985 год построили 21 компьютерный узел, охватив 2000 предприятий. Однако объединить несколько центров в единую сеть не получилось. Не было общего стандарта: разные модели ЭВМ конфликтовали друг с дружкой. Да ещё часто прерывалась связь, зависали серверы, сбоили программы. 

В итоге советский онлайн выглядел так: народ приходил в вычислительный центр со стопками перфокарт, а уходил с рулонами распечаток. Вот и весь удалённый доступ. 

Менялись взгляды на сеть и у её автора. Уже на заре 80-х Виктор Михайлович мечтал, что ОГАС вберёт в себя «грандиозную память человечества», а люди смогут из дома получать доступ к оцифрованным данным. Ну чем не интернет с его «Википедией»? Предвидел футуролог и другие современные технологии, например электронную почту, автонавигаторы и планшеты: 

Каждый человек будет носить с собой электронный блокнот — комбинацию плоского дисплея с миниатюрным радиоприёмопередатчиком. Набирая на клавиатуре этого блокнота нужный код, можно, находясь в любом месте на планете, вызвать из гигантских компьютерных баз данных тексты, изображения, которые и заменят не только книги, журналы и газеты, но и телевизоры. 

Увы, застать рождение интернета академик не успел. В январе 1982 года у 58-летнего учёного обнаружили неоперабельную опухоль мозга. Умирая, он утешал жену: «Не расстраивайся, когда-нибудь свет нашей Земли достигнет далёких созвездий, и на каждой из солнечных систем мы снова станем молодыми. Так и будем в вечности всегда вместе». До последнего верил, что в будущем человека «оцифруют», и он станет бессмертным. 

Утром 30 января пульсации на кардиомониторе в больничной палате Глушкова сменились прямой линией. Сердце «пионера советской кибернетики» перестало биться… Со смертью гениального визионера про ОГАС все забыли — в годы перестройки и последующего распада страны проект никого не интересовал. 

У СССР были ресурсы, технологии и стимулы для построения советского интернета. Но бюрократы победили кибернетиков. И остаётся только гадать, насколько бы изменилась страна благодаря цифровому социализму. Быть может, сегодня бы мы владели аналогом Google и Facebook.



 



Источник

Читайте также

VIP |

«Роскошные женщины»: 85-летняя Фрейндлих восхитила внешним видом на отдыхе с Понаровской

VIP |

Профессор РАН Кирилл Зыков призвал россиян не заниматься самолечением при коронавирусе

Жизнь |

Более 5 тысяч учеников выиграли дипломы победителей и призеров Московской олимпиады школьников



Реальные статьи от реальных "живых" источников информации 24 часа в сутки с мгновенной публикацией сейчас — только на Лайф24.про и Ньюс-Лайф.про.



Разместить свою новость локально в любом городе по любой тематике (и даже, на любом языке мира) можно ежесекундно с мгновенной публикацией и самостоятельно — здесь.