«Никакого сравнения с Альенде»: трусливый Мадуро выбрал унизительную жизнь в приспущенных трико вместо превращения в легенду

После захвата Николаса Мадуро, проведенного спецназом США 3 января и сдавшегося без боя, неминуемо возникло сравнение президента Венесуэлы, таким образом отстраненного от власти, и президента Чили Сальвадора Альенде. Последний вместо того, чтобы сдаться хунте Аугусто Пиночета, в свой последний день взял в руки автомат и отстреливался из него на ступенях президентского дворца.

Можно сказать, что у Мадуро просто «не было времени», чтобы вооружиться и дать бой, который, скорее всего, оказался бы последним. Но это «отмазка» для всех, кто знает, как работает охрана первых лиц. «Дальний круг», «ближний круг» и т.п. Даже если американский отряд «Дельта» максимально стремительно прорвался к президенту Венесуэлы это заняло как минимум несколько минут.

Достаточно, чтобы решить – умереть в бою или сдаться. Мадуро выбрал второй вариант. Теперь над ним потешается Дональд Трамп, его издевательски фотографируют в приспущенных трико и на подзатыльниках заставляют показывать жест «большие пальцы вверх». Типа, молодцы, американцы, все круто сделали.

Не так повел себя Сальвадор Альенде, когда в Чили начался пиночетовский мятеж. Он развивался практически так же стремительно, как и американская операция. На все у пиночетовцов ушло не более 12 часов. Мятежники приступили к делу после полуночи 11 сентября 1973 года, а уже к 14:20 пал президентский дворец «Ла Монеда», штурм которого занял пять часов. На 40 защитников обрушились авиация, танки, артиллерия. Все они до конца сохранили верность Альенде.

Мир облетели кадры, где президент, типичный «ботаник в очках», берет в руки автомат и присоединяется к своей охране. Есть две версии его гибели. По одной из них, сперва он был ранен в спину осколками стекла после авиаудара. Затем получил пулю в живот при сооружении баррикады на второй этаж, когда мятежники прорвались на первый, готовясь принять последний безнадежный бой, но продолжал отстреливаться. Очередное ранение последовало в левую руку, и Альенде вскоре скончался от кровопотери.

По второй чилийский президент приказал остаткам своей охраны сдаться, не желая нести ответственность за их смерть, попрощался со всеми и покончил с собой.

Такие разные версии возникли потому, что практически все до последнего остававшиеся с Альенде соратники, захваченные пиночетовцами, были бессудно казнены и воспоминаниями поделиться уже не могли.

В любом случае, Альенде стал легендой, которая никуда не делась и более полувека спустя.

«…Наверное, радиостанцию «Магальянес» заставят замолчать, и до вас уже не дойдет твердость и спокойствие моего голоса. Это неважно. Меня будут слышать, я всегда буду рядом с вами. По крайней мере, обо мне будут помнить как о достойном человеке, который отвечал верностью на верность трудящихся. Трудящиеся моей родины! Я верю в Чили и в судьбу нашей страны…»- говорилось в последнем его радиосообщении. Оно дошло действительно чудом – радиостанцию уже бомбили в момент трансляции, а все ее сотрудники позже были перебиты, не выжил никто из примерно 70 человек.

И в итоге альендевцы вернулись к власти в Чили. Его дочь, Исабель Альенде, в 2000-е избиралась в чилийский парламент, даже выступала председателем обеих палат. Внучка, Майя Фернандес – действующий министр обороны страны.

Мишель Бачелет, дважды избиравшаяся президентом Чили (2006-2010 и 2014-2018) – дочь генерала Альберто Бачелета, одного из немногих высокопоставленных военных, сохранивших верность Альенде в 1973 году. За полгода пиночетовцы запытали его насмерть в тюрьме.

Был бы у них такой политический успех, поведи себя Сальвадор Альенде так, как Николас Мадуро в наши дни? Если бы и сегодня все помнили не кадры последних часов дворца «Ла Монеда», а униженную капитуляцию перед Аугусто Пиночетом и «пальцы вверх» под усмешки конвоя? Ответ понятен.

Про Мадуро сейчас некоторые публицисты пишут, что он «отлично и гордо держится». Вон, даже охранника тюрьмы в Нью-Йорке с Новым Годом поздравил недрогнувшим голосом – настоящий боец!

Только вот в памяти от «настоящего бойца Мадуро» останутся фото не с автоматом в руках, а с приспущенными трико на борту американского авианосца «Иво Шима».

Через полвека о нем будут знать только профессиональные историки. Слово «мадуровец» в Венесуэле будет иметь совершенно иное смысловое наполнение, чем «альендевец» в Чили. О самом Николасе наверняка предпочтут забыть даже его прямые потомки, если они когда-нибудь надумают пойти в политику.

Можно, конечно, обвинить во всем охрану, которая отказалась защищать своего президента. Но это тоже звучит жалко. Если ты не можешь выстроить отношения хотя бы со своими ближайшими людьми и положиться на них в последний час как на тех, кто готов умереть за тебя или, если понадобится, вместе с тобой – значит, у тебя никогда не было искренних соратников, а только «вертухаи».

Строил из себя лидера нации – и позорно обос*ался.