Веда Словена об Ории
Эта песня была помещена в «Вестнике Славянство»(1891, №6)).
В ней говорится о том, что: Наш пращур Молодец Орий и его сестра остались сиротами после смерти отца, но Боги сжалились над ними и послали им в помощь с неба царя Има, который научил Ория играть на кувикле (свирели) и петь песни. Этим молодец и прославился по всему царству как сильнейший музыкант....
И так сама Песня
Брат и сестра во дворце остались сиротами, без тятеньки, без маменьки, и во дворце пусто, царь ведь на небесах уже три года. И потому-то во дворец Родна Юда и Леля Юда (Богини-самовилы) утром рано несут светлые плоды чтобы напитать брата и сестру. А ещё им службу служит Видна Юда и полетела она на гору ведь брат да сестра сироты, и Богам она восплакалась, и те послали им Иму царя, чтобы воссел он во дворце на малое время три года, да выучил малое дитя молодца, играть на свирели, благозвучной. Быть молодцу из молодцов.
И вот уже играет молодец и поёт, он ищет свою верную любовь, но нет никого ему под стать, нигде любви нет ему и возвратился он во дворец, да сестре жалится, что нет девушки ему под стать. А сестра ему говорит: «Эй, братец! Что же ты плачешь? Ещё ведь время не пришло. Не годишься ты жениться. Только недавно девчушка родилась, для тебя и тебе под стать. Эй, ты, братец, родной Орий, хватит, сидеть во дворце, пора идти же на гору, охотится на мелку дичь, да сизых голубей. Ведь наступает личень - день, Сурав – день. Я сготовлю светлый бадник (ритуальная пища), для вечери и по этому пора, идти тебе из дворца на охоту к подножию, а потом и на гору. Да возьми, поиграть, свирель, чтоб тебе не печалится.»
Пустился Орий в путь на гору, но накрыла его тёмная мгла, вымочила часта роса, громом лютым растрескалась и явилась к сестре старая Юда, и идёт прямо во дворец с горы и девушке слово говорит: «Занесем мы Ория на гору и гусли его гулкие. Одним дыханием к Богам залетит он, со светом и громом, самородок наш младой, и свирель его там озолотится.» Сказать Юда не успела, как обратно на гору уж взлетела. Сестра дивится гадает, да не знает, что ей Юда промолвила.
Дрёма на неё нашла, и она во дворе, прилегла, да в саду том, и снится ей сон: Светлое древо дедово, сырой дуб и царь на том на дереве, пресветлый Има. В золотые одежды он облачен. В руках его золотой ножик, и светлую песню он поёт: «Встань же, девица, что спишь? Орий молодец во дворце сидел, а от ныне на горе будет, самородком три года у Богов службу послужит, свирель чтобы позолотилась. Певна Юда научит его играть и петь, так чтобы горы закачались, да пещера растворилась, а в пещере той Врида Друда. Лицо её ясно Солнце, а груди ясным месяцем, в ногах её часты звёзды. Та девица же для него, и ему под стать, она самовила. Тритон змей, триглавый разгневался, рассердился, что та девчонка отказала ему в замужестве и заключил он её в пещеру, за триста запоров, а чтобы к ней не добрались, к воротам приставил Суру Ламию, у которой девять глав да девять хвостов.»
Има царь песню распевает, сестра же дремает. Песню прослушала, встаёт, и думает не обман ли это. Тогда ударил царь золотым ножом, да отсёк золотую ветвь, благодатную. И та веточка свалилась, но девчонка окончательно не пробудилась: «Вставай же, девица, вставай золотую веточку хватай, а с веточкой и ясну книгу. По утру будет личень - день, Суров - день, Орий молодец дичь уже поймал, да сизых голубей тебе послал, приготовить светлый бадник для вечери. Сломаешь светлую веточку, да разведешь ясный огонь, для варева».
Тогда девчоночка окончательно проснулась, чтобы увидеть и посмотреть, что же в книге написано. Отсекла она светлую веточку, а тут явился и Орий молодец, да несёт он мелкую дичь, сизых голубей. Готовила девчоночка светлый бадник, но ни слово дева не молвит, лишь частые слёзы роняет.
Видит это Орий молодец, и так ей слово говорит: «Ах ты, сестра, что ты плачешь, да частые слёзы роняешь? Какая у тебя печаль?» «Это братец Ясная книга которая с небес от Бога, мне спела только что, о том что от ныне ты на горе три года самородком у Богов службу отслужишь.» «Довольно, сестра, плакаться. Когда мелкую дичь я ловил Стара Юда мне встретилась, и такое же слово Юда говорила:
«Ты Орий, по горе на мелку дичь охотился, а от ныне как самородок у Бога службу будешь нести без малого три года. А после, Орий, улетишь в самую высь, на небеса, да потянешь ещё чуток всего три недели, чтоб свирель позолотилася, а Певна Юда научит тебя играть и петь. Как заиграешь, запоёшь, так горы закачаются, да пещера растворится, а в пещере той девчоночка, Врида Друда. Лицо её ясно Солнце, а груди как ясный Месяц, а по подолу часты звёзды, и та девица для тебя и тебе под стать! Белая дева самовила.! Чтоб девица не сбежала, во дворец к своему тятеньке обручится в замужство, заключил её Тритон в пещеру, за триста запоров. Но ты, Орий, держи на сердце, что у тебя золотая свирель есть, и когда заиграешь, запоёшь то повыпадут запоры и пещера тут растворится, и выйдет та девчоночка. Но ты продолжай играть, а ещё и пой, свирелью баюкай Суру Ламию, и заснёт она непробудным сном. Тогда золотым ножом сними девять её голов, тут потекут девять ручьёв, чистой крови. Но ты, молодец, самородок, не бойся Ламии, а то потеряешь девчонку. А теперь же иди Орий, во дворец, там ждёт тебя родная сестра, да готовит светлый бадник, по утру будет личень - день, Суров - день.»
Готовила девчоночка, светлый бадник, накрывала золотую трапезу. Садился Орий к трапезе, да наелся же, напился и по утру рано на заре заиграл на свирели и запел - Тут деревья попадали, гора же закачалась, застонала, заскрипела, задули ветры буйные, упала частая раса, с расою же да три Юды спустились. Орий молодец всхлипнул и заплакал, с сестрою не расстанется.
Тут три Юды разгневались, рассердились, приладили ему золотые крылья: «Пойдём же, Орий, на гору, в пещеру» Воскликнула меньшая Юда: «Идём, идём, ты же, самородец.» Речь ещё не промолвила, как пещера отворилась и Орий уже в пещере, а всё ещё не светел, а всё ещё не самородок. Меньшая Юда запела: «Эй, Орий, ты, охотничек! В светлое угодил времечко, утром будет Макошь Юда, и ты теперь будешь самородок, при Богах службу будешь нести, малое время всего три года. Жива, эй, Жива, Святись присветлая!
Где ты только есть, будь ему в добро.» Явилась Жива Юда, самовила, в руке её золотая чаша, а в чаше живая вода, и тут молодец службу служил, и той водицы испил, лицо его стало как ясно Солнце, в десной (правой) руке золотой ножик. Тут уж в свирель он заиграл, явилась Мора Юда, да вынула лютую саблю, саблей же молодца посечь хочет. Но саблю не поднять, сечет, а глава не катится, только наоборот позолотилась. Живи молодец теперь за тысячу лет. Древний же ты самородок, да посиди в пещере, без малого три года и при Богах службу неси. В печали он закручинился, в свирель свистит, а звука нет, песню запел, голосу нет, тут над ним Юда сжалилась:
«Айда, Орий, полети, в самую высь на небеса, к Богам, в пещере был ты три года, и при Богах побудь три недели, чтоб свирель позолотилась. Тут вышла и Певная Юда, чтобы научить его, как играть, да как петь. И после этого уже Орий вернулся на поле домой. Да во дворец же он не пошел, а повернулся опять к горе, идёт в пещеру, а она затворена, в воротах триста запоров. В свирель молодец заиграл, загудел запел, тут гора закачалась, пещера же затряслась, повыпали запорушки. Ворота растворились. Молодец глазом не моргнул, бровью не повёл, А заходил в пещеру, и он увидал что там сидела девчоночка, да плакала, да кликала. Лицо её ясно Солнце, а груди что светлый Месяц, по подолу часты звёзды.
«Идём, девчоночка, бежим. Будь невестой мне молодцу.» Вскочила тут девчоночка, да не успела выпрыгнуть, как явилась Сура Ламия, девять глав, девять хвостов, Разинула все девять голов, девчоночку чтоб проглотить. Молодец не замешкался, да вытащил золотую свирель. В свирель свистит, песню поёт, да жалобную, нежную, Загрустила тут Сура Ламия, да падала же она на землю. Схватил Орий золотой ножик, да посёк Суру Ламию. Повытекли девять ручьёв чистой крови.
Не пересечь их, не пройти, тут поиграл он, да попел. Девять ручьёв высохли, и они вдвоём направились восвояси. Скорей дойти же до дворца. Играет молодец, поёт. Услышала его родная сестра, и уже ждёт его, не дождётся обнять и поцеловать, глава её тоже озолотилась. Стала сестра, что золото: «Привет, братец, да девушка. Действительно дева тебе под стать.» Садился Орий во дворце молодым королем, в свирель свистит, песни поёт. И известен стал Орий, по всей дали до Край земли, что он молодец из молодцов.
Собрались семьдесят королей юнаков, гадают, удивляются, да что делать, куда идти, чтоб Орий не разгневался, и у них их земли не отнял? Все тут они сговорились, что пойдут в Юдскую землю, приветствие Орию принесут, подарок ему отдадут, чтоб был же он им побратим. И только Харапский (область в Древней Индии)- король не идёт его поздравлять. А уходил он на гору во пещеру, где была до этого девчоночка, Врида Друда, и там змею Тритону молит: «Гой еси, змей троеголов! Пока девчонка в пещере, я тебя благодарен. Теперь же вольную ей дай, пусть отправляется она к Орию во дворец, обручится с ним в замужество. Он молодец про неё, ей под стать.
Юдский король, юнак Орий, сам молодец из молодцов, в свирель свистит, песни поёт, Свистнет - гора качается, споёт-- земля потянется» Мольбою ему Харапский король молится, а змей мольбы всё не слышит. Тут вскричала старая Юда самовила: «Эй, ты, король, Черный харапинец! Нет уже девицы в пещере. Девчоночка уже во дворце у Ория, Врида младая невеста. Полюбил её Орий молодец из молодцев, в свирель свистит, песни поёт. Увёл молодец девченочку, и погубил Суру Ламию.»
Влезает змей Тритон в пещеру, и что же он видит, узнаёт, а то что нет девчонки в пещере, и Сура Ламия вся посеченная. Схватился змей, да заплакал, голос его аж до неба дошел, и к Богам он жалится. И сошел к нему вниз, в пещеру слуга божий и пытал его, поспрашивал, даст ли он согласие сидеть и дальше на земле, или он согласится, чтобы боги послали Мару Юду, сечь ему все три головы, чтоб не быть ему на земле. «Хорошо Боги! Согласие я даю и на небеса к вам иду.» И ещё слово он не вымолвил, явилась Мара Юда, самовила. В руке её золотая сабля люта стрела, попала стрела в сердце, тут падал трёхголовый змей, и терял три главы драгоценные:
Первая глава сладко молоко, Вторая глава зелено вино. Третья - благоухания. Повытекли же три ручья, тут змей той воды напился, и злая рана затянулась. Больше не отпущено сидеть ему на земле. Два крыла распустились, и воспорхнул он на небо. А молодец Орий на земле в свирель играет, да поёт, заполонил он своими людьми всю землю, и державы семидесяти королей под себя забрал. Остался Харапский король, который честь ему в коло (в круге) воздал. Но подошло и время молодца Ория умирать (тысяча лет уж минула) и Мара Юда, сняла ему русу главу позолоченную, и золотые крылья у него возникли и вспорхнул он на небеса чтоб при Богах во свирель играть да песни петь.