Жизнь |
Почему Павлик Морозов совершил донос на своего отца и кто на самом деле убил юного пионера
175
Подвиг Павлика Морозова, который донес на собственного отца-кулака, советская пропаганда возвела в ранг образца сознательности. Однако за этой официальной легендой скрывается клубок семейных тайн. На самом деле, главными виновниками той трагедии являлись не идеологические противники, а его ближайшие кровные родственники.
История Морозовых полна алчности, зверств и глубочайших психологических надломов, которые в итоге и спровоцировали эту ужасную развязку.
Жизнь Павлика Морозова не была легкой.
Писатель Юрий Дружников создал детальное досье на эту семью, напрочь разрушив миф о благородных земледельцах. Ветвь рода начиналась с прадеда, который сумел получить шесть боевых наград, но впоследствии опустился до надзирателя в местах лишения свободы. Дед Павлика, Сергей Морозов, также работал конвоиром. Именно на работе он повстречал свою судьбу — Ксению, отчаянную воровку лошадей, которая поражала своей пленительной внешностью и полным отсутствием страха. Достаточно было времени, пока он конвоировал ее в тюрьму.
Сергей был настолько поглощён этой женщиной, что дождался, пока она отбудет срок. Но они так и не обвенчались. Едва оказавшись на воле, Ксения вновь вернулась к криминалу. Её вновь схватили, но Сергей смог вызволить её досрочно, дав солидную взятку. В их родном селе Герасимовка эти двое были известны среди соседей как грубые и крайне жестокие личности, внушающие всем жителям страх.
Татьяна Морозова на встрече с пионерами в шестидесятых годах.
Татьяна Байдакова (Морозова), мать Павлика, была родом из соседнего села и для общины Герасимовки изначально являлась «чужой». Её появление в доме мужа вызвало негодование всей его родни. Яблоком раздора послужил её категорический отказ жить по старинке, то есть вести общее хозяйство со свекром и свекровью. Она настойчиво добивалась имущественного разделения. Старейшина рода, дед Павла, поддавшись давлению этой молодой женщины, дал согласие на размежевание, но это решение навсегда отравило его отношение к невестке. Он тайно ненавидел ее.
Свободолюбивый и независимый дух Татьяны совершенно не устраивал старшее поколение Морозовых, которые при всякой возможности унижали её. Порой, для большей эффективности своих поучений, дед Павлика не стеснялся пускать в ход физическую силу против невестки. Под горячую руку часто попадали и четверо маленьких детей, которых он именовал исключительно “щенками”.
Свидетельствовал о неприязни Алексей, брат Павлика. Он говорил, что отцовская родня их семью не жаловала, а дед с бабкой никогда не угощали их и не признавали детей Татьяны своими наследниками. Они даже не пустили любимого внука Данилку в школу, постоянно говоря ему, что ученость ни к чему, что он станет хозяином, а Татьянины дети будут его батраками. Журналист из Крыма, Михаил Лезинский, в 1979 году беседовал с самой Татьяной Морозовой. Он описывал её как крайне суровую и замкнутую даму, которая неохотно говорила о семейной трагедии. Соседи также нелестно отзывались о ней, характеризуя эту пожилую женщину как хитрую, склонную к скандалам и вечно ворчащую. Однако, говорили, что она умело пользовалась славой, которую принес её старший сын.
Трофим Морозов был главой сельсовета в Герасимовке и злоупотреблял своей властью.
Семейная жизнь Татьяны с Трофимом, отцом Павла, явно не задалась. Он не отличался ни мягким характером, ни высокими моральными устоями. Трофим Морозов, бывший младшим командиром в Красной Армии в годы Гражданской войны, после демобилизации занял пост главы сельского совета в Герасимовке. Очень быстро он начал использовать общественное доверие в личных целях. Решая все вопросы за взятки, Трофим скопил приличное состояние. Он раздавал липовые справки, конфисковывал имущество крестьян, объявленных кулаками, и укрывал от обложения хозяйства тех, кто ему платил. Более того, за звонкую монету он снабжал ссыльных граждан, оказавшихся в тех краях, документами, удостоверяющими их проживание в Герасимовке. Это давало им законное право просто уехать куда угодно.
В разговоре с Лезинским Татьяна вспоминала, как её супруг, будучи пьяным, любил орать на всю округу, что он и есть советская власть, что его слово — закон, и он здесь главный начальник.
Опьяненный собственной значимостью и легкими деньгами, Трофим начал бесконтрольно пить. Семейные раздоры он теперь решал исключительно кулаками, применяя силу и против жены, и против четверых сыновей. Вскоре он и вовсе бросил домочадцев, переехав жить к своей любовнице, Антонине Амосовой.
История Павлика стала известна всей стране.
Писатель Владимир Бушин считает, что именно эта домашняя каторга и желание Павла хоть как-то защитить мать и младших братьев подтолкнули его на донос против собственного родителя. Павел, возможно, надеялся, что власти просто проучат нерадивого отца и вернут его домой. Что он исправится, начнет праведную жизнь. На судебном заседании в 1931 году он подтвердил обвинения, выдвинутые матерью. Он никак не мог представить, что батю осудят на десять лет лагерей, и тот станет одним из строителей Беломорканала.
Владимир Чекмарёв выдвигает другую версию: тринадцатилетний Павел стал пешкой в руках системы. Он был жертвой внутрисемейного конфликта, который советская машина ловко превратила в показательную политическую кампанию против собственников. Юрий Дружников, в свою очередь, убеждён, что Павла и его младшего брата Фёдора ликвидировали сотрудники ОГПУ. Их смерть позволила бы обвинить деда и прочих родственников, а затем начать агрессивную зачистку всех крестьян, владевших землей.
Павлик Морозов погиб в лесной чаще от рук родни.
После того как Трофим Морозов получил свой десятилетний срок и был отправлен на возведение Беломорского канала, его родители и вся их ближняя родня решили, что настало время отомстить упрямой невестке и её детям. Они спланировали страшное дело: избавиться от Павла и его младшего брата Фёдора — старших среди мальчиков. Саму Татьяну они трогать не стали; возможно, они побоялись или просто поняли, что смерть сыновей причинит ей куда более сильную боль. В тот момент, когда Татьяна уехала в город 2 августа 1932 года, чтобы продать телёнка, родня подкараулила Павлика и Фёдора, которые ушли в лесную чащу за ягодами. С помощью нескольких ножевых ударов все было кончено. Тела несчастных детей обнаружили лишь спустя пять дней, когда мать, обеспокоенная долгим отсутствием сыновей, настояла на том, чтобы участковый организовал поисковую операцию. Очень скоро нашлись и улики: орудие убийства (нож, спрятанный в доме деда Сергея) и одежда Данилы Морозова, двоюродного брата убитых, испачканная кровью.
Следствие установило: именно Данила нанёс мальчикам смертельные раны, пока дед Сергей и его зять Арсений Кулуканов держали Павла и Фёдора. Судебный процесс начался 19 ноября 1932 года. Рассматривались дела Сергея, Ксении, Данилы Морозовых и Арсения Кулуканова. Их обвинили в организации и исполнении этого отвратительного двойного убийства. Данила и Арсений были расстреляны. Престарелые Сергей и Ксения отправились в тюрьму, откуда им уже не суждено было выйти. Спустя два года Трофим Морозов вернулся домой досрочно, освобождённый за ударный труд, и старался вести тихий образ жизни, избегая любых упоминаний о мрачной главе в истории их семьи.
История Морозовых полна алчности, зверств и глубочайших психологических надломов, которые в итоге и спровоцировали эту ужасную развязку.
Странная семья
Жизнь Павлика Морозова не была легкой.
Писатель Юрий Дружников создал детальное досье на эту семью, напрочь разрушив миф о благородных земледельцах. Ветвь рода начиналась с прадеда, который сумел получить шесть боевых наград, но впоследствии опустился до надзирателя в местах лишения свободы. Дед Павлика, Сергей Морозов, также работал конвоиром. Именно на работе он повстречал свою судьбу — Ксению, отчаянную воровку лошадей, которая поражала своей пленительной внешностью и полным отсутствием страха. Достаточно было времени, пока он конвоировал ее в тюрьму.
Сергей был настолько поглощён этой женщиной, что дождался, пока она отбудет срок. Но они так и не обвенчались. Едва оказавшись на воле, Ксения вновь вернулась к криминалу. Её вновь схватили, но Сергей смог вызволить её досрочно, дав солидную взятку. В их родном селе Герасимовка эти двое были известны среди соседей как грубые и крайне жестокие личности, внушающие всем жителям страх.
Татьяна: непризнанная и своенравная
Татьяна Морозова на встрече с пионерами в шестидесятых годах.
Татьяна Байдакова (Морозова), мать Павлика, была родом из соседнего села и для общины Герасимовки изначально являлась «чужой». Её появление в доме мужа вызвало негодование всей его родни. Яблоком раздора послужил её категорический отказ жить по старинке, то есть вести общее хозяйство со свекром и свекровью. Она настойчиво добивалась имущественного разделения. Старейшина рода, дед Павла, поддавшись давлению этой молодой женщины, дал согласие на размежевание, но это решение навсегда отравило его отношение к невестке. Он тайно ненавидел ее.
Свободолюбивый и независимый дух Татьяны совершенно не устраивал старшее поколение Морозовых, которые при всякой возможности унижали её. Порой, для большей эффективности своих поучений, дед Павлика не стеснялся пускать в ход физическую силу против невестки. Под горячую руку часто попадали и четверо маленьких детей, которых он именовал исключительно “щенками”.
Свидетельствовал о неприязни Алексей, брат Павлика. Он говорил, что отцовская родня их семью не жаловала, а дед с бабкой никогда не угощали их и не признавали детей Татьяны своими наследниками. Они даже не пустили любимого внука Данилку в школу, постоянно говоря ему, что ученость ни к чему, что он станет хозяином, а Татьянины дети будут его батраками. Журналист из Крыма, Михаил Лезинский, в 1979 году беседовал с самой Татьяной Морозовой. Он описывал её как крайне суровую и замкнутую даму, которая неохотно говорила о семейной трагедии. Соседи также нелестно отзывались о ней, характеризуя эту пожилую женщину как хитрую, склонную к скандалам и вечно ворчащую. Однако, говорили, что она умело пользовалась славой, которую принес её старший сын.
Трофим: диктатор на местном уровне
Трофим Морозов был главой сельсовета в Герасимовке и злоупотреблял своей властью.
Семейная жизнь Татьяны с Трофимом, отцом Павла, явно не задалась. Он не отличался ни мягким характером, ни высокими моральными устоями. Трофим Морозов, бывший младшим командиром в Красной Армии в годы Гражданской войны, после демобилизации занял пост главы сельского совета в Герасимовке. Очень быстро он начал использовать общественное доверие в личных целях. Решая все вопросы за взятки, Трофим скопил приличное состояние. Он раздавал липовые справки, конфисковывал имущество крестьян, объявленных кулаками, и укрывал от обложения хозяйства тех, кто ему платил. Более того, за звонкую монету он снабжал ссыльных граждан, оказавшихся в тех краях, документами, удостоверяющими их проживание в Герасимовке. Это давало им законное право просто уехать куда угодно.
В разговоре с Лезинским Татьяна вспоминала, как её супруг, будучи пьяным, любил орать на всю округу, что он и есть советская власть, что его слово — закон, и он здесь главный начальник.
Опьяненный собственной значимостью и легкими деньгами, Трофим начал бесконтрольно пить. Семейные раздоры он теперь решал исключительно кулаками, применяя силу и против жены, и против четверых сыновей. Вскоре он и вовсе бросил домочадцев, переехав жить к своей любовнице, Антонине Амосовой.
История Павлика стала известна всей стране.
Писатель Владимир Бушин считает, что именно эта домашняя каторга и желание Павла хоть как-то защитить мать и младших братьев подтолкнули его на донос против собственного родителя. Павел, возможно, надеялся, что власти просто проучат нерадивого отца и вернут его домой. Что он исправится, начнет праведную жизнь. На судебном заседании в 1931 году он подтвердил обвинения, выдвинутые матерью. Он никак не мог представить, что батю осудят на десять лет лагерей, и тот станет одним из строителей Беломорканала.
Владимир Чекмарёв выдвигает другую версию: тринадцатилетний Павел стал пешкой в руках системы. Он был жертвой внутрисемейного конфликта, который советская машина ловко превратила в показательную политическую кампанию против собственников. Юрий Дружников, в свою очередь, убеждён, что Павла и его младшего брата Фёдора ликвидировали сотрудники ОГПУ. Их смерть позволила бы обвинить деда и прочих родственников, а затем начать агрессивную зачистку всех крестьян, владевших землей.
Гибель юного Павла
Павлик Морозов погиб в лесной чаще от рук родни.
После того как Трофим Морозов получил свой десятилетний срок и был отправлен на возведение Беломорского канала, его родители и вся их ближняя родня решили, что настало время отомстить упрямой невестке и её детям. Они спланировали страшное дело: избавиться от Павла и его младшего брата Фёдора — старших среди мальчиков. Саму Татьяну они трогать не стали; возможно, они побоялись или просто поняли, что смерть сыновей причинит ей куда более сильную боль. В тот момент, когда Татьяна уехала в город 2 августа 1932 года, чтобы продать телёнка, родня подкараулила Павлика и Фёдора, которые ушли в лесную чащу за ягодами. С помощью нескольких ножевых ударов все было кончено. Тела несчастных детей обнаружили лишь спустя пять дней, когда мать, обеспокоенная долгим отсутствием сыновей, настояла на том, чтобы участковый организовал поисковую операцию. Очень скоро нашлись и улики: орудие убийства (нож, спрятанный в доме деда Сергея) и одежда Данилы Морозова, двоюродного брата убитых, испачканная кровью.
Следствие установило: именно Данила нанёс мальчикам смертельные раны, пока дед Сергей и его зять Арсений Кулуканов держали Павла и Фёдора. Судебный процесс начался 19 ноября 1932 года. Рассматривались дела Сергея, Ксении, Данилы Морозовых и Арсения Кулуканова. Их обвинили в организации и исполнении этого отвратительного двойного убийства. Данила и Арсений были расстреляны. Престарелые Сергей и Ксения отправились в тюрьму, откуда им уже не суждено было выйти. Спустя два года Трофим Морозов вернулся домой досрочно, освобождённый за ударный труд, и старался вести тихий образ жизни, избегая любых упоминаний о мрачной главе в истории их семьи.