Алексей Мишин: Ягудин был последним звездным фигуристом у Тарасовой

В молодости он стажировался в США у легендарного Карло Фасси. А потом сам стал выдающимся тренером и живой легендой. Знаменитому наставнику Алексею Мишину, воспитавшему Алексея Урманова, Евгения Плющенко, Алексея Ягудина и других первоклассных фигуристов, исполняется 80 лет. В его возрасте большинство уже давно на пенсии, а Алексей Николаевич продолжает работать, удивлять и побеждать.

Накануне юбилея Алексей Мишин был нарасхват. Он несколько раз отказывался от интервью. Но однажды мой звонок застал его в автомобильной пробке. И профессор Мишин вдруг смягчился: «Ладно, давай попробуем».

- Ваш день рожденья выпал на 8 Марта. У вас нет какого-то чувства ревности по отношению к женщинам, которых в этот день все поздравляют?

- Нет никакой ревности! 8 Марта у всех приподнятое настроение, дамы улыбаются, мужчины бегут к ним с подарками. Вся страна в движении (смеется). Это придает особую атмосферу дню моего рождения. Кстати, мой любимый внук Алеша родился 1 мая. Этот день тоже отмечает вся страна. А когда родился я, подружки моей мамы стали ее критиковать: мол, поторопилась, надо было на сутки позже. А она им ответила: «Мой мальчик станет замечательным мужчиной - это подарок всем женщинам мира».

- Когда вы больше восхищались женщинами - в молодости, в 50 лет или теперь?

- Мой папа, когда ему было 95 лет, говорил мне: «Я не старик, а долгожитель». Я тоже считаю себя долгожителем. И знаете, мое восприятие женщин с годами не изменилось. Они меня пленяют до сих пор.

- Ваш знаменитый ученик Евгений Плющенко иногда очень агрессивно ведет себя в социальных сетях. Особенно по отношению к Этери Тутберидзе и ее тренерскому штабу. Вас это не коробит?

- В последнее время в интернет-пространстве полно самых разнообразных противостояний. Поклонники Алины Загитовой конфликтуют с фанатами Жени Медведевой. Если чей-то любимый спортсмен проиграл, болельщики кроют судей… На мой взгляд, самое лучшее, что можно сделать, чтобы снизить градус таких противостояний, - это не задавать подобных вопросов.

- То есть журналисты должны сделать вид, мол, ничего не замечают?! Что Плющенко и Тутберидзе не обмениваются колкостями, явно перегибая палку?

- Сергей, вы напоминаете мне журналиста Анатолия Шелухина, который раньше работал в «Советском спорте». Он тоже все уточнял, а потом пересказывал своими словами. А меня надо цитировать дословно. Перевод с французского на нижегородский здесь не нужен.

- Какие чувства вызывает у вас экс-чемпионка мира и Европы Елизавета Туктамышева?

- Удивление. Радость от общения: с ней всегда интересно, она любознательная. А еще я испытываю чувство скульптора, у которого оказался в руках каррарский мрамор изумительного качества (его добывают в Апуанских Альпах, он считается одним из ценнейших сортов мрамора. - С. Д.). Я благодарен Лизе за то, что она продолжает развиваться, осваивает новые сложные прыжки. Кстати, раньше, до Туктамышевой, среди моих учеников чемпионами мира становились только мужчины. Лиза - первая.

- Она родом из небольшого городка Глазова. Как так получилось, что Туктамышева переехала к вам в Петербург, а ее бывший тренер Светлана Веретенникова перебралась из Удмуртии в Италию?

- Лизу я впервые увидел на соревнованиях в Белгороде. Про себя отметил: способная девочка, но со слабыми вращениями. У меня тогда в группе уже были две юные фигуристки. Я с ними намучился. Вечером разучиваем флип - утром как будто не учили. Поэтому Лизу я не взял. Только через год пригласил ее в Питер. Какое-то время Туктамышева продолжала тренироваться в Глазове, но каждый месяц на две недели приезжала ко мне в Петербург. Так длилось несколько лет. Когда я взял Лизу в свою группу и она вместе с мамой и первым тренером переехала в Питер окончательно, Светлана Веретенникова сказала: «Я даже не верила, что мне так повезет».

- Что было дальше?

- Я помог Светлане Михайловне овладеть моей методикой тренировок. Кстати, у себя в Глазове она работала только с одной фигуристкой - Туктамышевой. Веретенникова ездила со мной и моей группой на зарубежные сборы. В результате у нее появился спонсор. Сначала Светлану Михайловну пригласили в Германию, потом в США. А теперь она работает в Италии.

- Получается, что благодаря вам Веретенникова сделала неплохую карьеру. Однако она заявила, что расставание с Туктамышевой далось ей очень тяжело. По словам тренера, Лиза была делом всей ее жизни.

- Думаю, что наше сотрудничество оказалось взаимовыгодным. Светлана Михайловна живет теперь с дочкой не в Глазове, а в Милане. К сожалению, в последние годы связь между нами потеряна. Но Светлана Веретенникова вряд ли может жаловаться на судьбу.

Бурные вечеринки

- Год назад Туктамышева призналась, что рассталась с Андреем Лазукиным. Они оба катаются у вас. Как этот факт ее личной жизни отразился на тренировках и выступлениях Лизы?

- Что за вопрос?! Я коренной ленинградец. Вернее, питерец. Моя мама - педагог, у меня университетское образование. Я так воспитан, что не могу вмешиваться в отношения двух взрослых людей. Это их дело.

- Алексей Николаевич, я же помню, как молодой Евгений Плющенко во время важного турнира убежал поздно вечером из гостиницы на свидание к девушке, а вы сделали вид, что этого не заметили...

- Женя был тогда тинейджером. Возраст такой, гормоны играли - не удержишь. А Лиза уже взрослая девушка. Сама разберется.

- В вашей тренерской карьере была еще одна известная фигуристка - Елена Соколова. За что вы ее отчислили?

- Лена - замечательная спортсменка, она москвичка. Когда Соколова решила тренироваться у меня, я поселил ее в Питере в отдельной квартире. Была такая возможность - квартира пустовала. Но когда мы отправились на сбор в Швейцарию, Лена устроила там бардак. Мои фигуристы жили в Давосе, в шикарном отеле. Вдруг мне сообщают, что в номере Соколовой пожар, загорелась перина. Лена лежала в кровати и курила. Потом выяснилось, что она еще вечеринки бурные устраивала. Пришлось отчислить.

- Как вы относитесь к Алексею Ягудину? Он стал у вас чемпионом мира, но ушел к Татьяне Тарасовой…

- Жизнь все расставляет по своим местам. С моей точки зрения, на Играх в Солт-Лейк-Сити два моих ученика взошли на олимпийский пьедестал. Плющенко взял серебро, а Ягудин, мой бывший ученик, завоевал золото. Между прочим, мог выиграть и Женя. Но кто знает, может, он решил бы тогда уйти из спорта и через несколько лет превратился бы в большого тучного человека. Но Плющенко остался, одержал много ярких побед и приобрел мировую известность. Кстати, Леша Ягудин был последним звездным фигуристом у Татьяны Тарасовой. Она получила такую вишенку на большом торте ее тренерских побед.

- Вашей женой стала фигуристка Татьяна Оленева, которая на 13 лет младше вас. Вы долго за ней ухаживали?

- Таня была моей ученицей. Влюбился быстро, а ухаживать пришлось долго. Она была недоступная, все время ускользала от меня. Как мне удалось все-таки затащить ее в загс, до сих пор не понимаю (смеется). Татьяна позже стала тренером, мы работаем с ней вместе, в одной группе. Моя жена - трудоголик. Когда она рожала нашего первого сына, ее увезли в роддом прямо с катка.

- У вас двое сыновей - Андрей и Николай. Вы хотели сделать из них фигуристов?

- Они выбрали теннис. Навязывать детям что-то свое я посчитал неправильным. Я люблю обоих своих детей, но еще больше внука Алешу. Неизмеримо больше! Этот мальчишка продлевает мне жизнь. Мы с Алешей почти неразлучны.

- Я знаю, что у вас есть баня на даче под Питером. С кем из фигуристов вы последний раз там парились?

- С Андреем Лазукиным, Женей Семененко и Мишей Колядой. Нормальная мужская компания. Все эти ребята тренируются в моей группе.

- Что дает вам силы активно работать в таком зрелом возрасте?

- Просто я люблю фигурное катание. Ничего другого я не умею.

Только факт Три ученика Алексея Мишина - Туктамышева, Коляда и Семененко - будут представлять сборную России на чемпионате мира.