Февраль — время «Маски». Раскрываем первые закулисные секреты нового сезона!

9 февраля стартует шестой сезон шоу «Маска». Чем будете удивлять на этот раз?

Шоу с успехом идет уже 6 лет и удивлять становиться всё сложнее. Каждый сезон — это вызов для нас. Номера становятся ярче и зрелищнее, костюмы с каждым годом сложнее и детальнее. В шестом сезоне на сцену выйдут 14 оригинальных масок: Богомол, Боксёр, Бык, Вождь, Далматин, Капибара, Коровка, Овечка, Огурчик, Окунь, Сокол, Страус, Утка и Цыплёнок.

И мы, конечно, не надеемся заранее узнать хоть что-то об участниках…

И правильно! (Смеется.) Главное в «Маске» – конфиденциальность. Без нее нет интриги. Зрителю до последнего нравится быть уверенным в своей версии и играть в угадайку. Но кое-что могу сказать, пусть это будет небольшой подсказкой. В копилке участников шестого сезона более 50 музыкальных альбомов и более 160 ролей в кино и сериалах, а их голосами говорят 26 мультипликационных героев. Среди участников есть, например, шесть Тельцов, Раков, Дев и Скорпионов, а также как минимум одна Змея, Кролик и Собака. Если сложить возраст всех участников шестого сезона, то суммарно им чуть больше пяти веков.

Внушительный послужной список! А по какому принципу вы выбираете участников в шоу?

Поиск участников такой же сложный процесс, как и создание костюмов. Это всегда происходит параллельно. Самое главное — это вокальные данные. Имя участника должно быть всем известно, чтобы бы в тот самый момент, когда герой снимает маску, жюри и зрители воскликнули: «Я так и думал!». Еще один решающий критерий участия в шоу — совпадение графика артиста с графиком проекта. «Маска» снимается три месяца, это десятки часов репетиций, съемок, работа с педагогами по вокалу, запись песен. Прийти на съемку один раз в неделю не получится, все участники выкладываются по полной.

Как участники выбирают образы для шоу? Есть ли у них выбор? Или вы заранее понимаете, что в новом сезоне, например, будут только животные?

Конечно, выбор есть, но часто артистов нужно направлять и советовать им то, что подойдет больше. За 6 сезонов шоу у нас накопилось более 500 собственных эскизов и выбрать очень сложно. Многие, а точнее большинство артистов, не знают, каким персонажем хотят быть. Приходится вместе искать то, что подчеркнет индивидуальность участника, то, что ему ближе по образу и внутреннему ощущению. Затем мы вместе раскрываем характер маски, обсуждаем, как она будет общаться с жюри и ведущим. Что касается животных — тут логика выбора понятна. Эти образы можно раскрыть, в них можно «поиграть». Зрителю они понятны.

Мы не забываем и про детей — в третьем сезоне фаворитом у маленьких зрителей был Монстрик, в четвертом — Мамонтенок, в пятом — Кот. В шестом сезоне это несомненно будет Капибира — в мире, по-моему, не осталось ребенка, чье сердце не покорил бы этот милейший грызун.

В шестом сезоне вы снова сделали все маски оригинальными, это и понятно — столько эскизов в запасе. К форматным каталогам больше не обращаетесь?

Ну почему же, всегда нужно смотреть, что нового появляется. Мы многое придумываем самостоятельно, совершенствуем технологические процессы, но часто бывает так, что наши идеи пересекаются с мыслями коллег из других стран. В шестом сезоне есть маска Быка, сам образ пришел нам в голову еще пять лет назад, но аналогичный костюм уже был в каталоге. Мы полностью переработали внешний вид костюма, изменили форму головы, все детали одежды и обуви. Образ остался тем же — Бык-тореадор, а вот исполнение абсолютно иное.

Какие костюмы проще делать — оригинальные или форматные?

Изготовление любого костюма — долгий и трудоемкий процесс. Но в случае с форматными масками у нас есть детальные чертежи, список материалов, и мы знаем все хитрости каркасов. В таком случае производство будет просто быстрее, но никак не легче. С оригинальными костюмами процесс идет с нуля: путь от эскиза до итоговой примерки составляет от 6 до 8 месяцев в зависимости от сложности костюма. Это и чертежи, и выкройки, изготовление каркасов, поясов, корсетов, изготовление голов, одежды, декора… Они дорабатываются и подгоняются под артистов, чтобы в костюме было комфортно не просто стоять, но и двигаться, танцевать, петь. С собственными идеями работать точно сложнее, но зато они уникальны и некоторые наши маски также вошли в каталог проекта.

Есть ли какие-то интересные «фишки» у масок нового сезона?

Абсолютно у каждой маски есть свои фишки, как с точки зрения технологии исполнения, так и в декоре. В этом году в плане декора чемпионы — Огурчик, Сокол и Вождь. Огурчик покрыт множеством пупырышек разного размера, расположенных по принципу золотого сечения. У Сокола только металлический декор весит почти 15 кг. Это заклепки, шипы, пряжки и прочая атрибутика истинного рокера.

Костюм Вождя щедро расшит мехом, камнями, бусинами, дополнен тотемной вышивкой, иероглифами, украшен ловцами снов, что создает иллюзию постоянного движения. Для этого образа художники создали авторский принт. На костюме Вождя можно насчитать более 2 500 различных перьев.

Бывает так, что костюмы дорабатываются или ремонтируются прямо во время съемок?

Бывает даже чаще, чем нам хотелось бы. (Смеется.) Чаще всего мы ремонтировали костюм Монстрика и Дракона. Такие у них были взаимоотношения: озорной Монстрик мог потянуть Дракона за хвост или упасть прямо на него. Остановить его было невозможно. Алексей Воробьёв в своем костюме исполнял такие трюки, что мы были сильно удивлены тому, что костюм дожил до финала. Еще одним чемпионом по прыжкам был Попугай — костюм Ани Плетнёвой ремонтировали после каждой программы.

Доработки тоже случаются — например, на съемке одной из первых программ мы поняли, что в маске Паука видно глаза артиста. Пришлось прямо на площадке дошивать дополнительный слой черной сетки. Бывает так, что для сценографии номера нужно, чтобы герой начал танцевать. Так было с Водяным: костюм адаптировал, и у него появились альтернативные части (у маски Водяного изначально внизу костюма была бочка, далее появились ноги — прим. ред.). 

Случаются ли конфликты на площадке? Может, участники капризничали или кто-то отказывался выходить на сцену?

Артисты, соглашаясь на участие в проекте, понимают, что мы делаем одно большое дело. В самом начале пути многим нужно объяснять, как себя вести в образе, помогать и направлять. Но выходить на сцену не отказывался никто. Даже если и случаются какие-то конфликты — моя задача как продюсера их решить и сделать так, чтобы возникшая ситуация не повиляла на работу всей команды. Show must go on!