VIP |
«Ганди молчал по субботам»: Тишина после апокалипсиса
Завершающей нотой конкурса дебютов фестиваля «Короче» стала драма Юрия Зайцева «Ганди молчал по субботам» — картина, чей собственный путь к экрану мог бы стать сюжетом для отдельного фильма. Её история началась с одноименной пьесы Анастасии Букреевой, повествующей о болезненном взрослении мальчика по имени Мот, чей мир трескается по шву родительского развода. Однако прежде чем обрести окончательную форму, проекту пришлось пережить собственную драму: переработку сценария и смену режиссера. Креативный продюсер Андрей Апостолов, не сдавшись после первоначальной неудачи с Министерством культуры, предложил материал дебютанту Юрию Зайцеву. Ответ последнего был лаконичен и уверен: «Если эта работа состоится, то ее должен сделать именно я». Эта уверенность и творческий огонь Зайцева читаются в каждом кадре. Режиссер, словно на шведском столе, решил не отказывать себе ни в чем, щедро приправил ленту анимационными вставками, репортажной съемкой со сломом четвертой стены и черно-белыми фильтрами. «Ганди» вторит своей сложной судьбе, но, несмотря на некоторую перегруженность, имеет шанс найти искренний зрительский отклик.
Действие зарождается в лоне яркой, современной и на первый взгляд идеальной петербургской квартиры. Здесь живет главный герой Саша, предпочитающий звучное имя Мот, сокращение от Матвей (Марк Эйдельштейн), его сестра (Ольга Балацкая), мама (Виктория Толстоганова), папа (Евгений Коряковский) и дедушка (Александр Пашутин). Именно Мот, исполняя роль ироничного гида по собственной жизни, обращаясь прямо в камеру, знакомит нас с этим миром семейных застолий и достатка. Но репортажный монолог обрывается в момент «апокалипсиса» — отец объявляет о решении развестись. Жизнь мгновенно теряет насыщенные краски, сменяющиеся холодными, сиротливыми тонами. Просторная кухня-гостиная пустеет, теряется бесследно собачка Карамель, а счастливые лица прошлого теперь существуют лишь на фотографиях, которые Мот ритуально сжигает. Для него это не просто перемены, а тотальный крах вселенной. Мама и папа превращаются в функциональных «Родителя №1» и «Родителя №2», а поступок отца воспринимается как высшая форма предательства.
Нельзя не высказать определенное сомнение в очередном погружении Марка Эйдельштейна в ставшее уже привычным амплуа рефлексирующего подростка. Возникает вопрос: насколько оправдано вновь возвращать актёра, блестяще проявившего себя во «взрослой» драме Шона Бейкера «Анора» и очевидно перешедшего на новый творческий и личностный уровень, к образам школьников? Подобное кастинговое решение выглядит регрессивным и лишает зрителя возможности увидеть дальнейший артистический рост Эйдельштейна. Безусловно, со своей задачей актёр справляется профессионально — хоть и виртуозно, но механически, он воспроизводит знакомый набор: вот образцовый сын, вот подростковый бунт, вот приступы эмпатии. Складывается впечатление, что авторский коллектив, вместо того, чтобы бросить вызов таланту исполнителя, попросту эксплуатирует его устоявшийся экранный образ, наслаждаясь его предсказуемой эффективностью.
Сюжет обретает новый виток, когда в подземном переходе Мот встречает бездомную женщину (Дарья Екамасова). В знак протеста против родительского решения он приводит ее в опустевшую квартиру и дает ей имя Лиза. Эта женщина, чья внешность говорит о лишениях, оказывается трепетно привязана к потрепанному плюшевому мишке — последней нити, связывающей ее с пропавшим много лет назад сыном, которого она все ждет в толпе прохожих. У Лизы нет сына, у Мота — семьи. Эта взаимная утрата становится фундаментом их хрупкого, но спасительного союза. Мот становится для нее каменной стеной, а она дарует ему то, в чем он отчаянно нуждается — безусловное сочувствие и поддержку.
Дарья Екамасова создает пронзительный, почти безмолвный и оттого еще более мощный образ. Вся ее боль, тоска и надежда передаются через пластику и выразительную мимику, без единого лишнего слова. Зритель с первой же секунды верит ее горю и узнает в ней не просто бездомную, а потерянную мать. Ее улыбку мы увидим лишь во флешбеках — идиллических сценах прошлого, где она сияет счастливой жизнью. Этому сильному образу вторит мини-версия Лизы — бездомная девушка в исполнении Анастасии Красовской. Однако здесь режиссерский выбор сталкивается с непреодолимой силой зрительского восприятия: одна из самых эффектных и узнаваемых актрис современного кино, привычная к эпатажным ролям, с трудом находит убедительность в этом амплуа, не позволяя зрителю полностью погрузиться в повествование.
«Ганди молчал по субботам» — это драма о мучительном поиске опоры посреди рушащегося мира, о необходимости отдавать себя другим и о том, что сострадание и эмпатия способны стать самым мощным лекарством от личной трагедии. Фильм невольно вызывает в памяти слова самого Махатмы Ганди: «Лучший способ найти себя — это потерять себя в служении другим». Именно этот путь, через помощь такой же потерянной душе, и избирает Мот, и кажется, именно он медленно, шаг за шагом, ведет его к долгожданному примирению с реальностью и принятию своей семьи.
Ссылки по теме
Краш в отражении: «Сводишь с ума» — фантастический ромком о любви, коммуналке и параллельных мирах
Нечего ждать: «Счастлив, когда ты нет» — фильм о миллениалах в кризисном возрасте
«Взрослый сын» к отцу пришел — фильм, который учит личным границам и диалогу
«Три свадьбы и один побег»: Мама, мама, что я буду делать
Пой, ласточка, пой: «Мальчик-птица» — история о поиске собственного голоса в современном мире
Филиал Третьяковской галереи в Калининграде станет новой площадкой фестиваля «Короче»
Михаил Врубель: «У продюсеров должна быть не просто предпринимательская жилка, а жилища»
Фильмы с Юлией Пересильд, Викторией Исаковой и Антоном Филипенко вошли в звездную конкурсную программу «Короче»
XIII фестиваль «Короче» объявил конкурсные программы
На открытии кинофестиваля «Короче» покажут альманах, снятый его участниками
Аня Чиповская, Роман Евдокимов, Евгений Сангаджиев и Михаил Врубель вошли в состав жюри «Короче»
«Бери да помни»: Игра в кости
Кузьма Котрелев присмотрит за Константином Хабенским в фильме «Здесь был Юра»
«Жар-птица»: Экзамен по красоте
Стартовал прием заявок на XIII фестиваль «Короче»
«Чистый лист»: Девочка и Танк
«Детка»: Абьюзивные дочки-матери
Завершились съемки фильма «Ганди молчал по субботам» с Марком Эйдельштейном и Дарьей Екамасовой
Шаман и шут, или Нет Пророка в своем отечестве: 100 российских фильмов 2025 года
Подведены итоги фестиваля «Читка 3.0»
«Отель "У погибшего альпиниста"» и «Хозяйка медной горы» вошли в программу фестиваля «Читка 3.0»
Стартовал прием заявок на конкурс дебютов от ИРИ
Марк Эдельштейн привел домой бездомную Дарью Екамасову
Московскую международную неделю кино посетили более 600 000 человек
Действие зарождается в лоне яркой, современной и на первый взгляд идеальной петербургской квартиры. Здесь живет главный герой Саша, предпочитающий звучное имя Мот, сокращение от Матвей (Марк Эйдельштейн), его сестра (Ольга Балацкая), мама (Виктория Толстоганова), папа (Евгений Коряковский) и дедушка (Александр Пашутин). Именно Мот, исполняя роль ироничного гида по собственной жизни, обращаясь прямо в камеру, знакомит нас с этим миром семейных застолий и достатка. Но репортажный монолог обрывается в момент «апокалипсиса» — отец объявляет о решении развестись. Жизнь мгновенно теряет насыщенные краски, сменяющиеся холодными, сиротливыми тонами. Просторная кухня-гостиная пустеет, теряется бесследно собачка Карамель, а счастливые лица прошлого теперь существуют лишь на фотографиях, которые Мот ритуально сжигает. Для него это не просто перемены, а тотальный крах вселенной. Мама и папа превращаются в функциональных «Родителя №1» и «Родителя №2», а поступок отца воспринимается как высшая форма предательства.
Нельзя не высказать определенное сомнение в очередном погружении Марка Эйдельштейна в ставшее уже привычным амплуа рефлексирующего подростка. Возникает вопрос: насколько оправдано вновь возвращать актёра, блестяще проявившего себя во «взрослой» драме Шона Бейкера «Анора» и очевидно перешедшего на новый творческий и личностный уровень, к образам школьников? Подобное кастинговое решение выглядит регрессивным и лишает зрителя возможности увидеть дальнейший артистический рост Эйдельштейна. Безусловно, со своей задачей актёр справляется профессионально — хоть и виртуозно, но механически, он воспроизводит знакомый набор: вот образцовый сын, вот подростковый бунт, вот приступы эмпатии. Складывается впечатление, что авторский коллектив, вместо того, чтобы бросить вызов таланту исполнителя, попросту эксплуатирует его устоявшийся экранный образ, наслаждаясь его предсказуемой эффективностью.
Сюжет обретает новый виток, когда в подземном переходе Мот встречает бездомную женщину (Дарья Екамасова). В знак протеста против родительского решения он приводит ее в опустевшую квартиру и дает ей имя Лиза. Эта женщина, чья внешность говорит о лишениях, оказывается трепетно привязана к потрепанному плюшевому мишке — последней нити, связывающей ее с пропавшим много лет назад сыном, которого она все ждет в толпе прохожих. У Лизы нет сына, у Мота — семьи. Эта взаимная утрата становится фундаментом их хрупкого, но спасительного союза. Мот становится для нее каменной стеной, а она дарует ему то, в чем он отчаянно нуждается — безусловное сочувствие и поддержку.
Дарья Екамасова создает пронзительный, почти безмолвный и оттого еще более мощный образ. Вся ее боль, тоска и надежда передаются через пластику и выразительную мимику, без единого лишнего слова. Зритель с первой же секунды верит ее горю и узнает в ней не просто бездомную, а потерянную мать. Ее улыбку мы увидим лишь во флешбеках — идиллических сценах прошлого, где она сияет счастливой жизнью. Этому сильному образу вторит мини-версия Лизы — бездомная девушка в исполнении Анастасии Красовской. Однако здесь режиссерский выбор сталкивается с непреодолимой силой зрительского восприятия: одна из самых эффектных и узнаваемых актрис современного кино, привычная к эпатажным ролям, с трудом находит убедительность в этом амплуа, не позволяя зрителю полностью погрузиться в повествование.
«Ганди молчал по субботам» — это драма о мучительном поиске опоры посреди рушащегося мира, о необходимости отдавать себя другим и о том, что сострадание и эмпатия способны стать самым мощным лекарством от личной трагедии. Фильм невольно вызывает в памяти слова самого Махатмы Ганди: «Лучший способ найти себя — это потерять себя в служении другим». Именно этот путь, через помощь такой же потерянной душе, и избирает Мот, и кажется, именно он медленно, шаг за шагом, ведет его к долгожданному примирению с реальностью и принятию своей семьи.
Ссылки по теме
Краш в отражении: «Сводишь с ума» — фантастический ромком о любви, коммуналке и параллельных мирах
Нечего ждать: «Счастлив, когда ты нет» — фильм о миллениалах в кризисном возрасте
«Взрослый сын» к отцу пришел — фильм, который учит личным границам и диалогу
«Три свадьбы и один побег»: Мама, мама, что я буду делать
Пой, ласточка, пой: «Мальчик-птица» — история о поиске собственного голоса в современном мире
Филиал Третьяковской галереи в Калининграде станет новой площадкой фестиваля «Короче»
Михаил Врубель: «У продюсеров должна быть не просто предпринимательская жилка, а жилища»
Фильмы с Юлией Пересильд, Викторией Исаковой и Антоном Филипенко вошли в звездную конкурсную программу «Короче»
XIII фестиваль «Короче» объявил конкурсные программы
На открытии кинофестиваля «Короче» покажут альманах, снятый его участниками
Аня Чиповская, Роман Евдокимов, Евгений Сангаджиев и Михаил Врубель вошли в состав жюри «Короче»
«Бери да помни»: Игра в кости
Кузьма Котрелев присмотрит за Константином Хабенским в фильме «Здесь был Юра»
«Жар-птица»: Экзамен по красоте
Стартовал прием заявок на XIII фестиваль «Короче»
«Чистый лист»: Девочка и Танк
«Детка»: Абьюзивные дочки-матери
Завершились съемки фильма «Ганди молчал по субботам» с Марком Эйдельштейном и Дарьей Екамасовой
Шаман и шут, или Нет Пророка в своем отечестве: 100 российских фильмов 2025 года
Подведены итоги фестиваля «Читка 3.0»
«Отель "У погибшего альпиниста"» и «Хозяйка медной горы» вошли в программу фестиваля «Читка 3.0»
Стартовал прием заявок на конкурс дебютов от ИРИ
Марк Эдельштейн привел домой бездомную Дарью Екамасову
Московскую международную неделю кино посетили более 600 000 человек