Жизнь |
Как Николай Ежов с двумя классами образования смог подняться на самую вершину власти. И как закончил палач Сталина
Одним из самых преданных Сталину людей был комиссар внутренних дел Николай Ежов. Его называли «кровавым карликом». Он был жестоким и хладнокровным палачом. Малограмотный, но наделённый почти безграничной властью, Ежов рано почувствовал вкус красивой жизни.
Под его руководством по всей стране прошли массовые репрессии, которые разрушили жизнь сотен тысяч людей. Как человек с двумя классами образования, не обладая ни харизмой, ни интеллектом, смог подняться на самую вершину власти и стать третьим человеком в государстве? И какие факты своей биографии тщательно скрывал?
10 апреля 1939 года Николая Ежова вызвали в Кремль к секретарю ЦК Маленкову. Разговор был недолгим и о чём они говорили — неизвестно. На выходе из кабинета Ежова ждали три чекиста. Ему был предъявлен ордер на арест, подписанный Берией. Наркома провели по зданию ЦК, посадили в ожидавшую у входа машину и отвезли в особо режимную Сухановскую тюрьму под Москвой, в которой содержались особо опасные преступники — враги народа.
Николай Иванович Ежов.
В этой тюрьме ещё недавно сам Ежов пытал заключённых. Его привели в комнату и приказали снять всю одежду, включая нижнее бельё. Совершенно голого наркома поставили к стене и осмотрели, потом бросили ему кирзовые сапоги и поношенное обмундирование — всё большого размера. Гимнастёрка сидела на нём как платье, а брюки приходилось поддерживать руками.
На первом же допросе наркому было предъявлено обвинение в работе на иностранную разведку. Ежов прекрасно понимал, что его ждёт, ведь он сам отлаживал машину репрессий. Он подписал все обвинения. Отказ значил только то, что его будут пытать до тех пор, пока он их не подпишет. В архиве Лубянки хранятся 12 томов уголовного дела Николая Ежова. В них отражена судьба жестокого палача, который символизировал собой страшное время, получившее название «ежовщина».
В своих анкетах и биографиях Ежов писал, что родился в 1895 году в Петербурге в семье русского рабочего-литейщика. Только это неправда. Ежов сознательно фальсифицировал свою биографию и всю жизнь скрывал настоящие факты. Его отец — Иван Ежов, был уроженцем села Волхонщино, Тульской губернии. Отслужив на территории Литвы срочную службу, он остался там и женился на местной девушке. Позже переехал в соседнюю Сувалкскую губернию и устроился полицейским.
Правда, есть и другая версия. Её рассказал сам Ежов на допросе. Его отец владел чайной, которая фактически была домом терпимости. На этом Иван Ежов и зарабатывал. В школе Николай учился урывками. Впоследствии он описал своё образование, как незаконченное низшее. В 1906 году Николая отправили к родственникам в Петербург, учиться портновскому ремеслу. Хозяин-портной не только жестоко избивал ученика, но и, по признаниям самого Ежова — насиловал его.
В 1915 году Ежов отправился добровольцем на фронт. Получил ранение, долго болел, а потом и вовсе был признан негодным к строевой службе. К тому же он был очень маленького роста — всего 151 сантиметр, над коротышкой часто издевались сослуживцы. Кроме этого, у него была несоразмерно большая голова и кривые ноги. Зато у Ежова была прекрасная память и он очень хорошо пел. Даже ходил на прослушивание к известному тенору. Тот сказал, что с такой внешностью Николаю певцом не стать.
Николай Ежов (справа), Витебск 1916 год.
В 1916 году Ежова отправили в тыловую артиллерийскую мастерскую в Витебске, где назначили писарем, как самого грамотного из солдат. В анкетах потом Николай писал, что в партию большевиков он вступил в мае 1917 года. Однако, это неправда. В архивах витебской организации РСДРП нашлись документы, согласно которым, это случилось в августе 1917-го. Это была принципиальная разница. Позже к большевикам ленинской партии будут причислять только тех, кто вступил в партию до лета 1917 года. Этот маленький подлог помог Ежову продвигаться по карьерной лестнице.
Осенью того же года Николай сильно заболел и был отправлен в отпуск. Он уехал к родителям, которые к этому времени перебрались в Тульскую губернию. Через год он устроился на работу на стекольный завод. Много лет спустя, когда Ежов уже будет наркомом внутренних дел, в его биографии появится ещё одна выдуманная история: как он осенью 1917 поднимал солдат на восстание против царского правительства.
В 1919 году Николай был призван в Красную армию и направлен в Казань, где служил переписчиком при управлении радиотехнической базой. Потом его назначили комиссаром школы, в которой обучали радиоспециалистов. Позже он стал комиссаром базы. Вскоре избирается заведующим по агитационно-пропагандистской работе при обкоме. Несмотря на отсутствие образования, Ежов усердно самообучался, старался вникать во все детали. Его заметили и политическая карьера быстро пошла в гору.
Николай Ежов (справа), Казань 1921 год.
Летом 1921 года Николай Ежов женился на статной казачке Антонине Титовой. Этот брак ускорил рост его карьеры. После свадьбы Антонину перевели на работу в Москву, через два месяца она добилась перевода в столицу для своего мужа. Ежов, как непримиримый борец с партийной оппозицией получает новое назначение. В декабре 1925 года его направили на съезд партии. Там он познакомился с одним из руководителей партаппарата — Иваном Москвиным. Это знакомство совершило крутой поворот в карьере Ежова.
Антонина Титова — первая жена Николая Ежова.
Москвин считал Ежова идеальным исполнителем, но считал, что есть один недостаток — тот не умеет вовремя останавливаться. Николай был вхож в дом своего начальника, жена Москвина опекала его как сына. Жалела, подкладывала лучшие кусочки, говорила, что он такой маленький и ему надо хорошо питаться. Ежова это оскорбляло до глубины души. Годы спустя, когда Москвина арестуют как врага народа, Николай лично добьётся того, чтобы его супругу посадили тоже. Ежов скажет, что женщина пыталась его отравить и её расстреляют вместе с мужем.
Тогда в 1930 году он занял место своего шефа и познакомился со Сталиным. Иосиф Виссарионович по достоинству оценил рвение нового сотрудника. Ежов усиленно чистил партийные кадры. Вождь был доволен его работой. Сталин ценил его за преданность и исполнительность. Он стал продвигать его по карьерной лестнице. После убийства Кирова, Ежов с подачи Сталина возглавил следствие. Он рьяно взялся за дело. Доказать причастность Зиновьева и Каменева так и не удалось, но вождь всё равно остался доволен работой Николая. Он получил новое повышение. В 1935 году он стал секретарём ЦК.
Сталин был очень доволен Ежовым.
Внутрипартийное противостояние к этому моменту вышло на финишную прямую. Первые громкие процессы над партийными оппозиционерами, организованные главой НКВД Генрихом Ягодой, сторонников сталинской линии не устраивали. Слишком медленно и избирательно тот работал. Сталин решил, что на эту должность нужен более энергичный сотрудник. Было решено назначить наркомом внутренних дел Николая Ежова.
Став главой НКВД, Ежов заявил чекистам, чтобы они не смотрели на его маленький рост — работать он будет жёстко. Он сразу же начал чистку среди личного состава. За два последующих года было арестовано больше 2 тысяч сотрудников госбезопасности, включая и бывшего наркома Генриха Ягоду, которого Ежов допрашивал лично, с особым рвением. Так начало свой ход колесо большого кровавого террора.
Вариант плаката Б. Ефимова «Ежовы рукавицы». Июль 1937 г.
Сначала НКВД занималось только расследованием и исполнением. Но постепенно сотрудники Ежова стали проявлять инициативу. Они сами выявляли врагов народа. Стали составляться планы того, сколько человек надо арестовать и расстрелять. Приговоры выносились в кратчайшие сроки, без суда и адвокатов и обжалованию не подлежали.
30 июня 1937 года Ежов подписал приказ о выявлении кулаков и прочих антисоветских элементов. Начались массовые репрессии. За весь период «ежовщины» были арестованы почти полтора миллиона человек, расстреляны 681 тысяча человек. Террор стал способом продвижения по карьерной лестнице, улучшения своего благосостояния, мести и так далее. Доносы писали на соседей, коллег по работе, родственников и просто неугодных по тем или иным причинам.
В этот период со Сталиным общался больше Ежова только Молотов. Террор достиг таких масштабов, что о его чрезмерности открыто начали говорить даже сами чекисты. В ЦК стали поступать доносы на самого Ежова. Сначала Сталин не реагировал, но потом начал понимать, что всё вышло из-под контроля и это надо остановить. «Кровавый карлик» ощутил себя вершителем судеб и стал опасен. Настораживала Сталина и жена Ежова — Евгения Соломоновна. У неё был роман с врагом народа. Иосиф Виссарионович рекомендовал наркому развестись с ней, но тот тянул.
Евгения Соломоновна Хаютина (Фейгенберг) — вторая жена Ежова.
С Евгенией Николай познакомился в 1929 году в Сочи. Она была красивая и весёлая девушка, дочь бывшего купца. Любила шампанское, фокстрот и кружить головы мужчинам. Была дважды замужем. Второй муж перевёз её в Москву. Тут началась жизнь, о которой она всегда мечтала — шикарные платья, поездки за границу, встречи со знаменитостями. Отношения с мужем разладились. Возможно, потому что Евгения была слишком любвеобильна. Ежов тогда ещё не был на вершине власти, но цепкая Женя разглядела в нём богатый потенциал. И не ошиблась. Оба развелись со своими супругами и поженились.
Жена осыпала Николая ласками, к которым он не привык, готовила горячие ужины, превратила дом в уютное гнёздышко. Упросила его взять дачу и развела там павлинов. Себя тоже не обижала. Впоследствии, при обыске дома Ежова, нашли несколько сотен платьев, десятки кофточек, пять шуб. Евгения организовала у них дома нечто вроде модного салона, куда захаживали партийные функционеры, деятели искусств. Некоторые из них были любовниками Жени. Оба смотрели сквозь пальцы на измены друг друга. Однако Сталин был недоволен происходящим, он приказал Ежову избавиться от супруги.
Жена и приёмная дочь Николая Ежова.
Тот решил не разводиться. Он объявил супругу психически больной, потом ей были предъявлены обвинения в шпионаже. В результате у Евгении случился нервный срыв. Муж прислал ей успокоительные и безделушку. По мнению некоторых историков, эта безделушка была сигналом, что это конец. Через несколько дней Евгения скончалась от передозировки люминалом. До сих пор не установлено: отравилась ли она сама или ей помогли это сделать по приказу Ежова.
Ежов с семьей на даче, 1936 г. Слева направо: Наташа Ежова, Н.И. Ежов, Е.С. Ежова, С. Орджоникидзе и, вероятно, З.Ф. Гликина и А.М. Зайднер.
Тучи начали сгущаться над Ежовым. Первый звонок прозвучал, когда убрали его заместителя и вместо него назначили Берию. На наркома тем временем поступил донос о том, что ему не раз докладывали об арестах невинных людей, но Ежов эти сообщения игнорировал. Его сместили с должности, но пока не трогали. Николай всё понял и начал беспробудно пить. С похмелья писал письма Сталину и просил дать возможность всё исправить. Всё было тщетно. Близилась развязка. В марте 1939 года Ежова не переизбрали в ЦК. 10 апреля арестовали. Следствие по делу бывшего главы НКВД длилось 10 месяцев.
Ежова и его заместителей обвинили в заговоре против высшего руководства партии и шпионаже. Кроме того, самого Ежова обвинили ещё и в мужеложстве. На суде он всё отрицал, говорил, что подписал документы под пытками. Суд совещался недолго. 3 февраля 1940 года был вынесен приговор: расстрел с конфискацией всего имущества. Он был приведён в исполнение на следующий день. Об этом даже не написали в газетах, а имя Ежова просто вычеркнули из курса истории ВКПБ. Его изображение удалили со всех снимков со Сталиным. Николай Ежов больше не был героем страны Советов.
Читать далее →
Под его руководством по всей стране прошли массовые репрессии, которые разрушили жизнь сотен тысяч людей. Как человек с двумя классами образования, не обладая ни харизмой, ни интеллектом, смог подняться на самую вершину власти и стать третьим человеком в государстве? И какие факты своей биографии тщательно скрывал?
Арест Николая Ежова
10 апреля 1939 года Николая Ежова вызвали в Кремль к секретарю ЦК Маленкову. Разговор был недолгим и о чём они говорили — неизвестно. На выходе из кабинета Ежова ждали три чекиста. Ему был предъявлен ордер на арест, подписанный Берией. Наркома провели по зданию ЦК, посадили в ожидавшую у входа машину и отвезли в особо режимную Сухановскую тюрьму под Москвой, в которой содержались особо опасные преступники — враги народа.
Николай Иванович Ежов.
В этой тюрьме ещё недавно сам Ежов пытал заключённых. Его привели в комнату и приказали снять всю одежду, включая нижнее бельё. Совершенно голого наркома поставили к стене и осмотрели, потом бросили ему кирзовые сапоги и поношенное обмундирование — всё большого размера. Гимнастёрка сидела на нём как платье, а брюки приходилось поддерживать руками.
На первом же допросе наркому было предъявлено обвинение в работе на иностранную разведку. Ежов прекрасно понимал, что его ждёт, ведь он сам отлаживал машину репрессий. Он подписал все обвинения. Отказ значил только то, что его будут пытать до тех пор, пока он их не подпишет. В архиве Лубянки хранятся 12 томов уголовного дела Николая Ежова. В них отражена судьба жестокого палача, который символизировал собой страшное время, получившее название «ежовщина».
Какие факты своей биографии Ежов скрывал, а какие и вовсе выдумал
В своих анкетах и биографиях Ежов писал, что родился в 1895 году в Петербурге в семье русского рабочего-литейщика. Только это неправда. Ежов сознательно фальсифицировал свою биографию и всю жизнь скрывал настоящие факты. Его отец — Иван Ежов, был уроженцем села Волхонщино, Тульской губернии. Отслужив на территории Литвы срочную службу, он остался там и женился на местной девушке. Позже переехал в соседнюю Сувалкскую губернию и устроился полицейским.
Правда, есть и другая версия. Её рассказал сам Ежов на допросе. Его отец владел чайной, которая фактически была домом терпимости. На этом Иван Ежов и зарабатывал. В школе Николай учился урывками. Впоследствии он описал своё образование, как незаконченное низшее. В 1906 году Николая отправили к родственникам в Петербург, учиться портновскому ремеслу. Хозяин-портной не только жестоко избивал ученика, но и, по признаниям самого Ежова — насиловал его.
В 1915 году Ежов отправился добровольцем на фронт. Получил ранение, долго болел, а потом и вовсе был признан негодным к строевой службе. К тому же он был очень маленького роста — всего 151 сантиметр, над коротышкой часто издевались сослуживцы. Кроме этого, у него была несоразмерно большая голова и кривые ноги. Зато у Ежова была прекрасная память и он очень хорошо пел. Даже ходил на прослушивание к известному тенору. Тот сказал, что с такой внешностью Николаю певцом не стать.
Николай Ежов (справа), Витебск 1916 год.
В 1916 году Ежова отправили в тыловую артиллерийскую мастерскую в Витебске, где назначили писарем, как самого грамотного из солдат. В анкетах потом Николай писал, что в партию большевиков он вступил в мае 1917 года. Однако, это неправда. В архивах витебской организации РСДРП нашлись документы, согласно которым, это случилось в августе 1917-го. Это была принципиальная разница. Позже к большевикам ленинской партии будут причислять только тех, кто вступил в партию до лета 1917 года. Этот маленький подлог помог Ежову продвигаться по карьерной лестнице.
Осенью того же года Николай сильно заболел и был отправлен в отпуск. Он уехал к родителям, которые к этому времени перебрались в Тульскую губернию. Через год он устроился на работу на стекольный завод. Много лет спустя, когда Ежов уже будет наркомом внутренних дел, в его биографии появится ещё одна выдуманная история: как он осенью 1917 поднимал солдат на восстание против царского правительства.
Путь на вершину власти
В 1919 году Николай был призван в Красную армию и направлен в Казань, где служил переписчиком при управлении радиотехнической базой. Потом его назначили комиссаром школы, в которой обучали радиоспециалистов. Позже он стал комиссаром базы. Вскоре избирается заведующим по агитационно-пропагандистской работе при обкоме. Несмотря на отсутствие образования, Ежов усердно самообучался, старался вникать во все детали. Его заметили и политическая карьера быстро пошла в гору.
Николай Ежов (справа), Казань 1921 год.
Летом 1921 года Николай Ежов женился на статной казачке Антонине Титовой. Этот брак ускорил рост его карьеры. После свадьбы Антонину перевели на работу в Москву, через два месяца она добилась перевода в столицу для своего мужа. Ежов, как непримиримый борец с партийной оппозицией получает новое назначение. В декабре 1925 года его направили на съезд партии. Там он познакомился с одним из руководителей партаппарата — Иваном Москвиным. Это знакомство совершило крутой поворот в карьере Ежова.
Антонина Титова — первая жена Николая Ежова.
Москвин считал Ежова идеальным исполнителем, но считал, что есть один недостаток — тот не умеет вовремя останавливаться. Николай был вхож в дом своего начальника, жена Москвина опекала его как сына. Жалела, подкладывала лучшие кусочки, говорила, что он такой маленький и ему надо хорошо питаться. Ежова это оскорбляло до глубины души. Годы спустя, когда Москвина арестуют как врага народа, Николай лично добьётся того, чтобы его супругу посадили тоже. Ежов скажет, что женщина пыталась его отравить и её расстреляют вместе с мужем.
Тогда в 1930 году он занял место своего шефа и познакомился со Сталиным. Иосиф Виссарионович по достоинству оценил рвение нового сотрудника. Ежов усиленно чистил партийные кадры. Вождь был доволен его работой. Сталин ценил его за преданность и исполнительность. Он стал продвигать его по карьерной лестнице. После убийства Кирова, Ежов с подачи Сталина возглавил следствие. Он рьяно взялся за дело. Доказать причастность Зиновьева и Каменева так и не удалось, но вождь всё равно остался доволен работой Николая. Он получил новое повышение. В 1935 году он стал секретарём ЦК.
Сталин был очень доволен Ежовым.
Внутрипартийное противостояние к этому моменту вышло на финишную прямую. Первые громкие процессы над партийными оппозиционерами, организованные главой НКВД Генрихом Ягодой, сторонников сталинской линии не устраивали. Слишком медленно и избирательно тот работал. Сталин решил, что на эту должность нужен более энергичный сотрудник. Было решено назначить наркомом внутренних дел Николая Ежова.
Став главой НКВД, Ежов заявил чекистам, чтобы они не смотрели на его маленький рост — работать он будет жёстко. Он сразу же начал чистку среди личного состава. За два последующих года было арестовано больше 2 тысяч сотрудников госбезопасности, включая и бывшего наркома Генриха Ягоду, которого Ежов допрашивал лично, с особым рвением. Так начало свой ход колесо большого кровавого террора.
Вариант плаката Б. Ефимова «Ежовы рукавицы». Июль 1937 г.
Сначала НКВД занималось только расследованием и исполнением. Но постепенно сотрудники Ежова стали проявлять инициативу. Они сами выявляли врагов народа. Стали составляться планы того, сколько человек надо арестовать и расстрелять. Приговоры выносились в кратчайшие сроки, без суда и адвокатов и обжалованию не подлежали.
30 июня 1937 года Ежов подписал приказ о выявлении кулаков и прочих антисоветских элементов. Начались массовые репрессии. За весь период «ежовщины» были арестованы почти полтора миллиона человек, расстреляны 681 тысяча человек. Террор стал способом продвижения по карьерной лестнице, улучшения своего благосостояния, мести и так далее. Доносы писали на соседей, коллег по работе, родственников и просто неугодных по тем или иным причинам.
В этот период со Сталиным общался больше Ежова только Молотов. Террор достиг таких масштабов, что о его чрезмерности открыто начали говорить даже сами чекисты. В ЦК стали поступать доносы на самого Ежова. Сначала Сталин не реагировал, но потом начал понимать, что всё вышло из-под контроля и это надо остановить. «Кровавый карлик» ощутил себя вершителем судеб и стал опасен. Настораживала Сталина и жена Ежова — Евгения Соломоновна. У неё был роман с врагом народа. Иосиф Виссарионович рекомендовал наркому развестись с ней, но тот тянул.
Евгения Соломоновна Хаютина (Фейгенберг) — вторая жена Ежова.
С Евгенией Николай познакомился в 1929 году в Сочи. Она была красивая и весёлая девушка, дочь бывшего купца. Любила шампанское, фокстрот и кружить головы мужчинам. Была дважды замужем. Второй муж перевёз её в Москву. Тут началась жизнь, о которой она всегда мечтала — шикарные платья, поездки за границу, встречи со знаменитостями. Отношения с мужем разладились. Возможно, потому что Евгения была слишком любвеобильна. Ежов тогда ещё не был на вершине власти, но цепкая Женя разглядела в нём богатый потенциал. И не ошиблась. Оба развелись со своими супругами и поженились.
Жена осыпала Николая ласками, к которым он не привык, готовила горячие ужины, превратила дом в уютное гнёздышко. Упросила его взять дачу и развела там павлинов. Себя тоже не обижала. Впоследствии, при обыске дома Ежова, нашли несколько сотен платьев, десятки кофточек, пять шуб. Евгения организовала у них дома нечто вроде модного салона, куда захаживали партийные функционеры, деятели искусств. Некоторые из них были любовниками Жени. Оба смотрели сквозь пальцы на измены друг друга. Однако Сталин был недоволен происходящим, он приказал Ежову избавиться от супруги.
Жена и приёмная дочь Николая Ежова.
Тот решил не разводиться. Он объявил супругу психически больной, потом ей были предъявлены обвинения в шпионаже. В результате у Евгении случился нервный срыв. Муж прислал ей успокоительные и безделушку. По мнению некоторых историков, эта безделушка была сигналом, что это конец. Через несколько дней Евгения скончалась от передозировки люминалом. До сих пор не установлено: отравилась ли она сама или ей помогли это сделать по приказу Ежова.
Ежов с семьей на даче, 1936 г. Слева направо: Наташа Ежова, Н.И. Ежов, Е.С. Ежова, С. Орджоникидзе и, вероятно, З.Ф. Гликина и А.М. Зайднер.
Конец «кровавого карлика»
Тучи начали сгущаться над Ежовым. Первый звонок прозвучал, когда убрали его заместителя и вместо него назначили Берию. На наркома тем временем поступил донос о том, что ему не раз докладывали об арестах невинных людей, но Ежов эти сообщения игнорировал. Его сместили с должности, но пока не трогали. Николай всё понял и начал беспробудно пить. С похмелья писал письма Сталину и просил дать возможность всё исправить. Всё было тщетно. Близилась развязка. В марте 1939 года Ежова не переизбрали в ЦК. 10 апреля арестовали. Следствие по делу бывшего главы НКВД длилось 10 месяцев.
Ежова и его заместителей обвинили в заговоре против высшего руководства партии и шпионаже. Кроме того, самого Ежова обвинили ещё и в мужеложстве. На суде он всё отрицал, говорил, что подписал документы под пытками. Суд совещался недолго. 3 февраля 1940 года был вынесен приговор: расстрел с конфискацией всего имущества. Он был приведён в исполнение на следующий день. Об этом даже не написали в газетах, а имя Ежова просто вычеркнули из курса истории ВКПБ. Его изображение удалили со всех снимков со Сталиным. Николай Ежов больше не был героем страны Советов.
Читать далее →