Жизнь |
Сколько получали советские актёры за культовые роли
161
Они были кумирами с экранов, их обожали миллионы, а реплики их героев знала вся страна. Но в бухгалтерии киностудии имени Горького или «Мосфильма» Вячеслав Тихонов и Михаил Боярский значились как обычные служащие с чётким окладом и категорией.
В СССР, где все стремились к равенству, гонорар кинозвёзд представлял собой сложное уравнение со множеством неизвестных: «выдающийся образ», категория фильма, количество съёмочных дней и почётное звание.
Киностудия «Мосфильм».
За внешним единством и коллективизмом советской эпохи скрывалась тщательно выстроенная иерархическая система оплаты труда, не обошедшая стороной и кинематограф. Актёр, каким бы знаменитым он ни был, являлся штатным сотрудником киностудии или театра, а его доход определялся не рыночной конъюнктурой, а государственными тарифными сетками. Основой служило разделение всех артистов на три квалификационные категории: высшую, первую и вторую. Категорию присваивала специальная тарификационная комиссия, и от её решения напрямую зависело, сколько актёр получал за каждый съёмочный день.
Вершиной актёрской тарифной сетки являлась высшая категория, внутри которой существовала тонкая, но принципиальная градация. Критерием для отнесения к первой или второй группе служила не формальная значимость роли, а глубина и масштабность созданного художественного образа, оцениваемая как «выдающийся». Мастера экрана, входившие в первую группу высшей категории, могли рассчитывать на ставку в 450 рублей за каждый съёмочный день, которая сокращалась до 300 рублей в периоды вынужденного простоя.
Их коллеги по высшей категории, отнесённые ко второй группе, работали с окладами в 350 и 230 рублей соответственно. Эта двухуровневая структура дублировалась и в первой категории, где разрыв в оплате был менее существенным, но всё же ощутимым: 250 и 160 рублей для первой группы против 200 и 145 — для второй. Наиболее прозрачной и унифицированной была система для артистов второй категории, где действовали единые для всех фиксированные тарифы: 180 рублей за день на площадке и 120 рублей в период ожидания новых съёмок.
Даже самый творческий процесс нуждался в системных подсчётах.
Однако голый оклад был лишь фундаментом будущего гонорара. На эту сумму наслаивался целый ряд доплат и премий. Важнейшей из них была премия за категорию самой картины. Фильмы, как и актёры, проходили через комиссию, и успех у зрителей мог кардинально изменить их финансовую судьбу. Ярким примером служит история комедии «Три плюс два». Изначально комиссия присвоила ленте базовую вторую категорию, но после оглушительного зрительского успеха её повысили до первой. В результате всем исполнителям главных ролей, включая Андрея Миронова и Наталью Фатееву, к уже выплаченным гонорарам добавили премиальные в размере 300 рублей. Для понимания масштаба: в 1963 году эта сумма равнялась почти четырём средним месячным зарплатам по стране.
Помимо этого, существовали персональные надбавки за наличие почётных званий, таких как «народный» или «заслуженный артист», за стаж работы и признанный профессионализм. Вся эта сложная конструкция, помноженная на количество фактически отработанных на площадке дней, формировала итоговую сумму, которую актёр получал за роль. Именно поэтому гонорары за, казалось бы, равнозначные по значимости роли могли радикально отличаться, создавая уникальную финансовую картину для каждого советского кинематографического шедевра.
Кадр из фильма «Собака Баскервилей».
Уникальный бухгалтерский документ по фильму «Собака Баскервилей» раскрывает внутреннюю тарифную иерархию внутри актерского ансамбля. Виталий Соломин, утвержденный на роль доктора Ватсона, имел ставку 50 рублей за съемочный день, тогда как его будущий партнер Василий Ливанов (Шерлок Холмс) и другие звезды — Олег Янковский, Никита Михалков и Ирина Купченко — котировались в 40 рублей.
Не менее показательной была история гонораров в новогодней классике «Ирония судьбы, или С легким паром». Андрей Мягков, исполнитель роли Жени Лукашина, получил 3000 рублей, в то время как Барбара Брыльска (Надя) и народный артист РСФСР Юрий Яковлев (Ипполит) — по 2000 рублей каждый. Эта разница стала результатом сложения двух факторов: количества съемочных дней и наличия почетных званий.
Мягков, не имевший на тот момент никакого звания, но проводивший на площадке больше времени, чем Брыльска, оказался впереди. Яковлев же, чей Ипполит появлялся на экране еще меньше, компенсировал это своим высоким статусом, получив равную с польской актрисой сумму. Важным финансовым бонусом стало вручение Мягкову и Брыльской Государственной премии СССР, которая добавила к их гонорарам еще по 2500 рублей.
Кадр из фильма «Новые приключения неуловимых».
Ярким примером успеха у зрителей, не всегда напрямую конвертировавшегося в рекордные гонорары, стал фильм «Новые приключения неуловимых». Картина, занявшая в 1969 году второе место по популярности, принесла молодым исполнителям главных ролей суммы от 800 до 1150 рублей. Наибольший гонорар достался Василию Васильеву за образ Яшки-цыгана, тогда как Валентина Курдюкова получила наименьшую выплату за роль «боевой подруги».
При этом уже состоявшиеся мастера, такие как Армен Джигарханян за роль офицера Овечкина, получили солидные 2090 рублей, а Савелий Крамаров за десять дней съемок в роли солдата-недотепы — без малого 550 рублей, что наглядно иллюстрировало разницу в оплате между молодыми восходящими звездами и признанными профессионалами, а также прямую зависимость дохода от количества отработанных дней.
Кадр из фильма «Кавказская пленница».
Творчество Леонида Гайдая стало настоящей золотой жилой для советского кинопроката, а система гонораров в его фильмах наглядно демонстрировала внутреннюю логику и парадоксы советской оплаты труда. Картина «Кавказская пленница» оказалась одним из самых финансово успешных проектов для её создателей. Александр Демьяненко, чей Шурик стал центральной фигурой повествования, оказался главным богачом съёмочной площадки. За семьдесят четыре съёмочных дня актёр получил 5220 рублей, что практически равнялось стоимости новенького автомобиля «Москвич».
Его партнёры по знаменитой троице получили суммы, пропорциональные экранному времени и, вероятно, своим категориям. Юрий Никулин, снимавшийся сорок три дня в образе Балбеса, заработал 4238 рублей, Георгий Вицин — 3389 рублей за тридцать четыре дня работы Трусом, а Евгений Моргунов получил 1979 рублей за двадцать девять дней воплощения Бывалого.
Особый интерес представляет контраст между гонорарами актёров. Наталья Варлей, чья обаятельная студентка Нина стала одним из самых узнаваемых образов советского кино, получила сравнительно скромные 1219 рублей. Эта сумма выглядела особенно незначительной на фоне заработка Демьяненко, несмотря на то, что роль была главной, а актриса, будучи профессиональной цирковой артисткой, выполняла все трюки самостоятельно. Ещё скромнее оказалось вознаграждение Фрунзика Мкртчяна, продавшего племянницу в фильме, — всего 939 рублей. Режиссёрский гонорар Леонида Гайдая составил 4140 рублей, однако дополнительно он получил 2000 рублей за написание сценария, в сумме обогнав по заработкам даже Демьяненко.
Кадр из фильма «Иван Васильевич меняет профессию».
Спустя несколько лет режиссёр собрал команду для съёмок комедии «Иван Васильевич меняет профессию», однако финансовые расклады внутри проекта существенно изменились. На этот раз самым высокооплачиваемым участником стал Юрий Яковлев, получивший 4300 рублей за виртуозное исполнение двух диаметрально противоположных ролей — царя Ивана Грозного и управдома Бунши. Леонид Куравлёв, сыгравший жуликоватого Жоржа Милославского, заработал 2312 рублей.
Кадр из фильма «Иван Васильевич меняет профессию».
Примечательно, что Александр Демьяненко, вновь появившийся в образе Шурика, на этот раз получил значительно меньше — 1660 рублей. Наталья Селезнёва за роль его супруги Зины получила 362 рубля, а Наталья Крачковская — 347 рублей за исполнение роли Ульяны Андреевны. Отдельного внимания заслуживает гонорар Натальи Кустинской, чей телефонный разговор с Галочкой ушёл в народ. За создание этого миниатюрного, но яркого образа актриса получила 163 рубля, что чуть превышало среднюю месячную зарплату по стране и позволяло приобрести качественное пальто или организовать отпуск на морском побережье.
Кадр из фильма «Семнадцать мгновений весны».
За пределами комедийного жанра система гонораров продолжала демонстрировать свою строгую иерархичность, где размер вознаграждения точно соответствовал значимости роли и статусу актёра. Многосерийный фильм «Семнадцать мгновений весны» стал не только культурным феноменом, но и показательным примером оплаты труда в престижном проекте. Вячеслав Тихонов получил за работу над образом разведчика Исаева 5500 рублей, что считалось вершиной актёрского гонорара и было эквивалентно стоимости новой легковой машины с остатком на семейный бюджет.
Его коллеги по съёмочной площадке Евгений Евстигнеев и Леонид Броневой, создавшие запоминающиеся образы профессора Плейшнера и группенфюрера Мюллера, получили 3025 и 3000 рублей соответственно, что подчёркивало их высокий профессиональный статус при меньшей экранной продолжительности.
Кадр из фильма «Двенадцать стульев».
Экранизация классической литературы требовала особых финансовых вложений, что наглядно проявилось в картине «Двенадцать стульев». Бюджет этого фильма по праву считался одним из самых серьёзных в советском кинематографе. Сергей Филиппов и Арчил Гомиашвили, воплотившие на экране авантюрный дуэт Кисы Воробьянинова и Остапа Бендера, получили рекордные для комедийного жанра 6120 рублей каждый.
Эта сумма без остатка покрывала стоимость автомобиля «Запорожец» и становилась свидетельством высшей оценки их актёрского труда. Михаил Пуговкин, чей отец Фёдор стал народным любимцем, оказался вознаграждён более скромно — 3800 рублей, что, тем не менее, оставалось весьма значительной суммой по меркам времени.
Кадр из фильма «Д’Артаньян и три мушкетёра».
Приключенческая картина «Д’Артаньян и три мушкетёра» продемонстрировала интересный парадокс: несмотря на каноническое равенство четырёх друзей, их гонорары оказались неравнозначными. Михаил Боярский за роль д’Артаньяна получил 3225 рублей, тогда как Вениамин Смехов (Атос), Валентин Смирнитский (Портос) и Игорь Старыгин (Арамис) заработали 2138, 2105 и 2100 рублей соответственно.
Остальные роли в этом масштабном проекте оплачивались значительно скромнее: Ирина Алферова за образ Констанции Бонасье получила 825 рублей, Олег Табаков в роли короля Людовика — 800 рублей, а Алиса Фрейндлих за исполнение роли Анны Австрийской и вовсе 780 рублей. Такой расклад наглядно иллюстрировал, как количество съёмочных дней и иерархия ролей влияли на конечный заработок даже в рамках одного проекта.
Кадр из фильма «Бриллиантовая рука».
Советская система гонораров порождала ситуации, где размер вознаграждения порой входил в поразительное противоречие с культурным значением созданного образа. Яркой иллюстрацией такого дисбаланса стала комедия «Бриллиантовая рука». Анатолий Папанов за роль педантичного Лёлика получил 2288 рублей, а его экранный напарник Андрей Миронов, чей Геша Козодоев был центральной фигурой аферы, заработал 1920 рублей.
Нонна Мордюкова, воплотившая образ бдительной общественницы Варвары Плющ, была вознаграждена суммой в 1531 рубль. Светлана Светличная, чья Анна Сергеевна, несмотря на скромное экранное время, стала одним из самых запоминающихся женских образов советского кинематографа, получила 300 рублей, причём отдельной строкой в ведомости значилось 46 рублей — доплата за участие в той самой новаторской сцене с затемнением, которая для зрителей стала символом лёгкой эротики.
Кадр из фильма «Интердевочка».
Настоящей сенсацией, ознаменовавшей закат прежней системы, стала картина «Интердевочка». Её производство осуществлялось на принципах хозрасчёта, что являлось революцией для советского кинопроцесса. Ключевую роль в этом сыграла Мира Тодоровская, выступившая в невиданной для СССР роли продюсера и сумевшая привлечь в проект иностранные инвестиции.
Бюджет ленты позволил назначить гонорары, немыслимые по прежним меркам. Режиссёр Пётр Тодоровский получил 120 тысяч рублей, что в четыре раза превышало вознаграждение Сергея Бондарчука за масштабную эпопею «Война и мир». Исполнительница главной роли Елена Яковлева заработала 10 тысяч рублей, что эквивалентно 550 средним советским зарплатам. Эта сумма была получена всего за три месяца работы, что окончательно подрывало основы тарифной сетки, десятилетиями регулировавшей доходы кинематографистов.
В СССР, где все стремились к равенству, гонорар кинозвёзд представлял собой сложное уравнение со множеством неизвестных: «выдающийся образ», категория фильма, количество съёмочных дней и почётное звание.
Как платили в СССР: тарифы, категории и «выдающиеся образы»
Киностудия «Мосфильм».
За внешним единством и коллективизмом советской эпохи скрывалась тщательно выстроенная иерархическая система оплаты труда, не обошедшая стороной и кинематограф. Актёр, каким бы знаменитым он ни был, являлся штатным сотрудником киностудии или театра, а его доход определялся не рыночной конъюнктурой, а государственными тарифными сетками. Основой служило разделение всех артистов на три квалификационные категории: высшую, первую и вторую. Категорию присваивала специальная тарификационная комиссия, и от её решения напрямую зависело, сколько актёр получал за каждый съёмочный день.
Вершиной актёрской тарифной сетки являлась высшая категория, внутри которой существовала тонкая, но принципиальная градация. Критерием для отнесения к первой или второй группе служила не формальная значимость роли, а глубина и масштабность созданного художественного образа, оцениваемая как «выдающийся». Мастера экрана, входившие в первую группу высшей категории, могли рассчитывать на ставку в 450 рублей за каждый съёмочный день, которая сокращалась до 300 рублей в периоды вынужденного простоя.
Их коллеги по высшей категории, отнесённые ко второй группе, работали с окладами в 350 и 230 рублей соответственно. Эта двухуровневая структура дублировалась и в первой категории, где разрыв в оплате был менее существенным, но всё же ощутимым: 250 и 160 рублей для первой группы против 200 и 145 — для второй. Наиболее прозрачной и унифицированной была система для артистов второй категории, где действовали единые для всех фиксированные тарифы: 180 рублей за день на площадке и 120 рублей в период ожидания новых съёмок.
Даже самый творческий процесс нуждался в системных подсчётах.
Однако голый оклад был лишь фундаментом будущего гонорара. На эту сумму наслаивался целый ряд доплат и премий. Важнейшей из них была премия за категорию самой картины. Фильмы, как и актёры, проходили через комиссию, и успех у зрителей мог кардинально изменить их финансовую судьбу. Ярким примером служит история комедии «Три плюс два». Изначально комиссия присвоила ленте базовую вторую категорию, но после оглушительного зрительского успеха её повысили до первой. В результате всем исполнителям главных ролей, включая Андрея Миронова и Наталью Фатееву, к уже выплаченным гонорарам добавили премиальные в размере 300 рублей. Для понимания масштаба: в 1963 году эта сумма равнялась почти четырём средним месячным зарплатам по стране.
Помимо этого, существовали персональные надбавки за наличие почётных званий, таких как «народный» или «заслуженный артист», за стаж работы и признанный профессионализм. Вся эта сложная конструкция, помноженная на количество фактически отработанных на площадке дней, формировала итоговую сумму, которую актёр получал за роль. Именно поэтому гонорары за, казалось бы, равнозначные по значимости роли могли радикально отличаться, создавая уникальную финансовую картину для каждого советского кинематографического шедевра.
Звания и популярность
Кадр из фильма «Собака Баскервилей».
Уникальный бухгалтерский документ по фильму «Собака Баскервилей» раскрывает внутреннюю тарифную иерархию внутри актерского ансамбля. Виталий Соломин, утвержденный на роль доктора Ватсона, имел ставку 50 рублей за съемочный день, тогда как его будущий партнер Василий Ливанов (Шерлок Холмс) и другие звезды — Олег Янковский, Никита Михалков и Ирина Купченко — котировались в 40 рублей.
Не менее показательной была история гонораров в новогодней классике «Ирония судьбы, или С легким паром». Андрей Мягков, исполнитель роли Жени Лукашина, получил 3000 рублей, в то время как Барбара Брыльска (Надя) и народный артист РСФСР Юрий Яковлев (Ипполит) — по 2000 рублей каждый. Эта разница стала результатом сложения двух факторов: количества съемочных дней и наличия почетных званий.
Мягков, не имевший на тот момент никакого звания, но проводивший на площадке больше времени, чем Брыльска, оказался впереди. Яковлев же, чей Ипполит появлялся на экране еще меньше, компенсировал это своим высоким статусом, получив равную с польской актрисой сумму. Важным финансовым бонусом стало вручение Мягкову и Брыльской Государственной премии СССР, которая добавила к их гонорарам еще по 2500 рублей.
Кадр из фильма «Новые приключения неуловимых».
Ярким примером успеха у зрителей, не всегда напрямую конвертировавшегося в рекордные гонорары, стал фильм «Новые приключения неуловимых». Картина, занявшая в 1969 году второе место по популярности, принесла молодым исполнителям главных ролей суммы от 800 до 1150 рублей. Наибольший гонорар достался Василию Васильеву за образ Яшки-цыгана, тогда как Валентина Курдюкова получила наименьшую выплату за роль «боевой подруги».
При этом уже состоявшиеся мастера, такие как Армен Джигарханян за роль офицера Овечкина, получили солидные 2090 рублей, а Савелий Крамаров за десять дней съемок в роли солдата-недотепы — без малого 550 рублей, что наглядно иллюстрировало разницу в оплате между молодыми восходящими звездами и признанными профессионалами, а также прямую зависимость дохода от количества отработанных дней.
Две комедии Леонида Гайдая
Кадр из фильма «Кавказская пленница».
Творчество Леонида Гайдая стало настоящей золотой жилой для советского кинопроката, а система гонораров в его фильмах наглядно демонстрировала внутреннюю логику и парадоксы советской оплаты труда. Картина «Кавказская пленница» оказалась одним из самых финансово успешных проектов для её создателей. Александр Демьяненко, чей Шурик стал центральной фигурой повествования, оказался главным богачом съёмочной площадки. За семьдесят четыре съёмочных дня актёр получил 5220 рублей, что практически равнялось стоимости новенького автомобиля «Москвич».
Его партнёры по знаменитой троице получили суммы, пропорциональные экранному времени и, вероятно, своим категориям. Юрий Никулин, снимавшийся сорок три дня в образе Балбеса, заработал 4238 рублей, Георгий Вицин — 3389 рублей за тридцать четыре дня работы Трусом, а Евгений Моргунов получил 1979 рублей за двадцать девять дней воплощения Бывалого.
Особый интерес представляет контраст между гонорарами актёров. Наталья Варлей, чья обаятельная студентка Нина стала одним из самых узнаваемых образов советского кино, получила сравнительно скромные 1219 рублей. Эта сумма выглядела особенно незначительной на фоне заработка Демьяненко, несмотря на то, что роль была главной, а актриса, будучи профессиональной цирковой артисткой, выполняла все трюки самостоятельно. Ещё скромнее оказалось вознаграждение Фрунзика Мкртчяна, продавшего племянницу в фильме, — всего 939 рублей. Режиссёрский гонорар Леонида Гайдая составил 4140 рублей, однако дополнительно он получил 2000 рублей за написание сценария, в сумме обогнав по заработкам даже Демьяненко.
Кадр из фильма «Иван Васильевич меняет профессию».
Спустя несколько лет режиссёр собрал команду для съёмок комедии «Иван Васильевич меняет профессию», однако финансовые расклады внутри проекта существенно изменились. На этот раз самым высокооплачиваемым участником стал Юрий Яковлев, получивший 4300 рублей за виртуозное исполнение двух диаметрально противоположных ролей — царя Ивана Грозного и управдома Бунши. Леонид Куравлёв, сыгравший жуликоватого Жоржа Милославского, заработал 2312 рублей.
Кадр из фильма «Иван Васильевич меняет профессию».
Примечательно, что Александр Демьяненко, вновь появившийся в образе Шурика, на этот раз получил значительно меньше — 1660 рублей. Наталья Селезнёва за роль его супруги Зины получила 362 рубля, а Наталья Крачковская — 347 рублей за исполнение роли Ульяны Андреевны. Отдельного внимания заслуживает гонорар Натальи Кустинской, чей телефонный разговор с Галочкой ушёл в народ. За создание этого миниатюрного, но яркого образа актриса получила 163 рубля, что чуть превышало среднюю месячную зарплату по стране и позволяло приобрести качественное пальто или организовать отпуск на морском побережье.
Классика детектива и приключений
Кадр из фильма «Семнадцать мгновений весны».
За пределами комедийного жанра система гонораров продолжала демонстрировать свою строгую иерархичность, где размер вознаграждения точно соответствовал значимости роли и статусу актёра. Многосерийный фильм «Семнадцать мгновений весны» стал не только культурным феноменом, но и показательным примером оплаты труда в престижном проекте. Вячеслав Тихонов получил за работу над образом разведчика Исаева 5500 рублей, что считалось вершиной актёрского гонорара и было эквивалентно стоимости новой легковой машины с остатком на семейный бюджет.
Его коллеги по съёмочной площадке Евгений Евстигнеев и Леонид Броневой, создавшие запоминающиеся образы профессора Плейшнера и группенфюрера Мюллера, получили 3025 и 3000 рублей соответственно, что подчёркивало их высокий профессиональный статус при меньшей экранной продолжительности.
Кадр из фильма «Двенадцать стульев».
Экранизация классической литературы требовала особых финансовых вложений, что наглядно проявилось в картине «Двенадцать стульев». Бюджет этого фильма по праву считался одним из самых серьёзных в советском кинематографе. Сергей Филиппов и Арчил Гомиашвили, воплотившие на экране авантюрный дуэт Кисы Воробьянинова и Остапа Бендера, получили рекордные для комедийного жанра 6120 рублей каждый.
Эта сумма без остатка покрывала стоимость автомобиля «Запорожец» и становилась свидетельством высшей оценки их актёрского труда. Михаил Пуговкин, чей отец Фёдор стал народным любимцем, оказался вознаграждён более скромно — 3800 рублей, что, тем не менее, оставалось весьма значительной суммой по меркам времени.
Кадр из фильма «Д’Артаньян и три мушкетёра».
Приключенческая картина «Д’Артаньян и три мушкетёра» продемонстрировала интересный парадокс: несмотря на каноническое равенство четырёх друзей, их гонорары оказались неравнозначными. Михаил Боярский за роль д’Артаньяна получил 3225 рублей, тогда как Вениамин Смехов (Атос), Валентин Смирнитский (Портос) и Игорь Старыгин (Арамис) заработали 2138, 2105 и 2100 рублей соответственно.
Остальные роли в этом масштабном проекте оплачивались значительно скромнее: Ирина Алферова за образ Констанции Бонасье получила 825 рублей, Олег Табаков в роли короля Людовика — 800 рублей, а Алиса Фрейндлих за исполнение роли Анны Австрийской и вовсе 780 рублей. Такой расклад наглядно иллюстрировал, как количество съёмочных дней и иерархия ролей влияли на конечный заработок даже в рамках одного проекта.
Контрасты и сенсации
Кадр из фильма «Бриллиантовая рука».
Советская система гонораров порождала ситуации, где размер вознаграждения порой входил в поразительное противоречие с культурным значением созданного образа. Яркой иллюстрацией такого дисбаланса стала комедия «Бриллиантовая рука». Анатолий Папанов за роль педантичного Лёлика получил 2288 рублей, а его экранный напарник Андрей Миронов, чей Геша Козодоев был центральной фигурой аферы, заработал 1920 рублей.
Нонна Мордюкова, воплотившая образ бдительной общественницы Варвары Плющ, была вознаграждена суммой в 1531 рубль. Светлана Светличная, чья Анна Сергеевна, несмотря на скромное экранное время, стала одним из самых запоминающихся женских образов советского кинематографа, получила 300 рублей, причём отдельной строкой в ведомости значилось 46 рублей — доплата за участие в той самой новаторской сцене с затемнением, которая для зрителей стала символом лёгкой эротики.
Кадр из фильма «Интердевочка».
Настоящей сенсацией, ознаменовавшей закат прежней системы, стала картина «Интердевочка». Её производство осуществлялось на принципах хозрасчёта, что являлось революцией для советского кинопроцесса. Ключевую роль в этом сыграла Мира Тодоровская, выступившая в невиданной для СССР роли продюсера и сумевшая привлечь в проект иностранные инвестиции.
Бюджет ленты позволил назначить гонорары, немыслимые по прежним меркам. Режиссёр Пётр Тодоровский получил 120 тысяч рублей, что в четыре раза превышало вознаграждение Сергея Бондарчука за масштабную эпопею «Война и мир». Исполнительница главной роли Елена Яковлева заработала 10 тысяч рублей, что эквивалентно 550 средним советским зарплатам. Эта сумма была получена всего за три месяца работы, что окончательно подрывало основы тарифной сетки, десятилетиями регулировавшей доходы кинематографистов.