Жизнь |
История человека двух стихий
333
Он не собирался становиться героем.
Константин Бадигин был обычным матросом, а после окончания учёбы стал вторым помощником на ледокольном пароходе «Садко». Именно тогда, в октябре 1937 года, их судно вместе с двумя другими ледокольными пароходами «Малыгин» и «Георгий Седов» зажало льдами в море Лаптевых. Спасательная операция провалилась. Людей снимали, суда бросали.
Бадигин в капитанской каюте парохода «Георгий Седов»
18 марта 1938 года он был назначен капитаном ледокола «Георгий Седов». Бадигину предложили уйти одним из первых.
Он ответил коротко: «Я покину борт «Седова» только тогда, когда он отшвартуется в родном советском порту». И остался капитаном корабля, который уже списали со счетов.
Бадигин (справа) в радиорубке ледокола «Георгий Седов»
Дальше было 812 суток. Два года и три месяца. 156 сжатий, когда льды пытались раздавить корпус, как пустую консервную банку.
0
Торошения, скрежет обшивки, полярная ночь и -40 за бортом. Команда всего 15 человек. Вокруг ни земли, ни надежды, кроме той, что они носили в себе.
Маршрут дрейфа
Когда через два года «Георгий Седов» своим ходом вошёл в мурманский порт, капитану Бадигину рукоплескала вся страна.
Мемориальная доска на «Доме Бадигина» в Пензе
Дальше были Золотая Звезда Героя СССР, ордена, газетные полосы, марки с его лицом. А он тихо ушёл в каюту писать книгу.
Почтовая карточка, выпущенная к столетию со дня рождения К. С. Бадигина. Россия, 2010 г.
Потом была война… Ледокольный отряд Беломорской флотилии, тихоокеанские рейсы с грузами для фронта. А после моряк переместился в тишину библиотек.
Московский пединститут, аспирантура МГУ, диссертация о поморских плаваниях, которую академики раскритиковали как основанную на недостоверных источниках.
Бадигин не спорил. Он просто сел и написал романы.
0
«Путь на Грумант», «Покорители студёных морей», «Корсары Ивана Грозного», «Кольцо великого магистра». Историческая проза, морские приключения, русский Север, средневековые рыцари и отважные поморы.
Его книги выходили миллионными тиражами, их зачитывали до дыр в библиотеках, а он всё писал. Потому что не умел и не хотел иначе. Константин Сергеевич Бадигин прожил две жизни. В первой он 812 суток дрейфовал во льдах и не бросил тонущий корабль.
0
Во второй создал в Калининграде писательское отделение, 20 лет возглавлял комиссию по морской литературе и подарил читателям десятки книг, со страниц которых до сих пор веет солёной водой.
Умер в Москве, весной 1984-го. Похоронен на Кунцевском кладбище. А в Пензе, на улице Куйбышева, стоит дом, где он родился. Его сожгли в лихие 90-е, но потом восстановили, медленно, камень за камнем, окно за окном. Потому что таких людей не забывают. Им возвращают дома. И переиздают их книги.
Константин Бадигин был обычным матросом, а после окончания учёбы стал вторым помощником на ледокольном пароходе «Садко». Именно тогда, в октябре 1937 года, их судно вместе с двумя другими ледокольными пароходами «Малыгин» и «Георгий Седов» зажало льдами в море Лаптевых. Спасательная операция провалилась. Людей снимали, суда бросали.
Бадигин в капитанской каюте парохода «Георгий Седов»
18 марта 1938 года он был назначен капитаном ледокола «Георгий Седов». Бадигину предложили уйти одним из первых.
Он ответил коротко: «Я покину борт «Седова» только тогда, когда он отшвартуется в родном советском порту». И остался капитаном корабля, который уже списали со счетов.
Бадигин (справа) в радиорубке ледокола «Георгий Седов»
Дальше было 812 суток. Два года и три месяца. 156 сжатий, когда льды пытались раздавить корпус, как пустую консервную банку.
0
Торошения, скрежет обшивки, полярная ночь и -40 за бортом. Команда всего 15 человек. Вокруг ни земли, ни надежды, кроме той, что они носили в себе.
Маршрут дрейфа
Когда через два года «Георгий Седов» своим ходом вошёл в мурманский порт, капитану Бадигину рукоплескала вся страна.
Мемориальная доска на «Доме Бадигина» в Пензе
Дальше были Золотая Звезда Героя СССР, ордена, газетные полосы, марки с его лицом. А он тихо ушёл в каюту писать книгу.
Почтовая карточка, выпущенная к столетию со дня рождения К. С. Бадигина. Россия, 2010 г.
Потом была война… Ледокольный отряд Беломорской флотилии, тихоокеанские рейсы с грузами для фронта. А после моряк переместился в тишину библиотек.
Московский пединститут, аспирантура МГУ, диссертация о поморских плаваниях, которую академики раскритиковали как основанную на недостоверных источниках.
Бадигин не спорил. Он просто сел и написал романы.
0
«Путь на Грумант», «Покорители студёных морей», «Корсары Ивана Грозного», «Кольцо великого магистра». Историческая проза, морские приключения, русский Север, средневековые рыцари и отважные поморы.
Его книги выходили миллионными тиражами, их зачитывали до дыр в библиотеках, а он всё писал. Потому что не умел и не хотел иначе. Константин Сергеевич Бадигин прожил две жизни. В первой он 812 суток дрейфовал во льдах и не бросил тонущий корабль.
0
Во второй создал в Калининграде писательское отделение, 20 лет возглавлял комиссию по морской литературе и подарил читателям десятки книг, со страниц которых до сих пор веет солёной водой.
Умер в Москве, весной 1984-го. Похоронен на Кунцевском кладбище. А в Пензе, на улице Куйбышева, стоит дом, где он родился. Его сожгли в лихие 90-е, но потом восстановили, медленно, камень за камнем, окно за окном. Потому что таких людей не забывают. Им возвращают дома. И переиздают их книги.