Ни у кого нет никакой второй половины

Ни у кого нет никакой второй половиныРомантический миф извращает нашу естественную потребность в близости, превращая ее в страх остаться однимПрактикующий философ и основатель лондонского центра School of Life Ален де Боттон размышляет в своих книгах и лекциях на многие актуальные темы — от опыта любви и науки общения до озабоченности статусом и «архитектуры счастья». Его успех начался с бестселлера о силе искусства, способной изменить нашу жизнь.

Философ Ален де Боттон о том, почему надо перестать стыдиться одиночестваА недавно он поделился на онлайн-семинаре своими мыслями о том, как превратить одиночество из слабости в силу. Вот основные из них.Почему мы боимся оставаться наедине с собой?Одиночество — это клубок противоречий. С одной стороны — желанная цель. С другой — худший кошмар. Мы часто сами просим оставить нас в покое, мечтаем побыть наедине с собой. Но когда остаемся одни, нас начинает одолевать страх. Как одно и то же может нас одновременно пугать и привлекать?Суть в том, что это происходит не одновременно. Вот простой пример. Представим, что сейчас субботний вечер. Самоизоляция давно закончилась и забылась, ведь все когда-нибудь заканчивается и забывается. Театры, рестораны, клубы и кафе открыты, кругом пульсирует ночная жизнь. А вы никуда не идете, у вас нет гостей, вы в одиночестве. Почему вам так тоскливо? Всего четыре дня назад, в понедельник, вы тоже провели вечер дома наедине с собой, но не чувствовали себя одиноко. Возможно, читали книгу или слушали музыку.В чем разница, если внешне оба вечера ничем не отличаются? Разница в том, как вы объясняете для себя свое одиночество. В понедельник вы думаете: как хорошо, что у меня наконец-то появилось немного времени для себя. А в субботу вы тревожитесь: я остался один в выходной, со мной явно что-то не так, меня никто никуда не позвал, я чужой на этом празднике жизни. Нас пугает не само одиночество, а связанное с ним чувство несостоятельности: если вы одиноки, когда положено быть в компании, значит, вы неудачник.Табу на одиночествоНастоящая проблема одиночества не в нем самом, а в том, что быть одиноким сейчас ненормально. Именно этот стереотип заставляет нас беспокоиться, чувствовать себя виноватыми и искать в себе изъяны, когда мы остаемся одни.Одиночество — это главное современное табу, даже строже, чем неудача и тема смерти. Если у вас все в порядке, значит, вокруг вас должны быть люди — как в рекламе сыра: родные, близкие, друзья, знакомые, кто угодно. Иначе ваша жизнь неполноценна. Но так ли это?На самом деле мы часто ощущаем жизнь во всей полноте, когда рядом никого нет. Вспоминать, обдумывать, мечтать, строить планы, заниматься творчеством — все это лучше делать в одиночестве. Конечно, мало кто сейчас согласится провести 40 лет в пустыне, как монахи-отшельники в IV веке н.э. Но среди нас есть люди, готовые потратить большие деньги, чтобы на время скрыться от общества и цивилизации.Иногда говорят, что оставаться наедине с самим собой страшно. В одиночестве, писал Шопенгауэр, проявляется то, что у каждого внутри. Но если у вас внутри все нормально, вас не испугает встреча с самим собой. Наоборот, мы ценим моменты, когда можем побыть наедине с собственным «я». Вспомните, как вы бывали счастливы в уединенных и безлюдных местах, как часто мечтали оказаться там, где вас никто не потревожит. Пора изменить представления о том, какое место занимает одиночество в человеческой жизни. Нужно четко разделять физическое одиночество и чувство одиночества.

Откуда берется беспричинное чувство одиночества?Иногда нам вдруг становится одиноко. Это пронзительное чувство может возникнуть даже посреди шумной вечеринки в компании друзей. Как будто в разгар веселья вспоминаешь, что когда-то у тебя было нечто прекрасное, но ты этого лишился.Однажды каждый из нас действительно испытал абсолютную близость. С этого ощущения началась наша жизнь, когда мы находились в материнской утробе. Возможно, с тех пор у нас сохранились бессознательные воспоминания о том, что значит быть в полной гармонии с окружающим миром. Мы были частью большого организма в буквальном смысле слова. Тело матери было нашим миром. Это был мир тепла и невесомости. В тот момент мы не были одиноки, мы были самодостаточны. Но потом нас вытолкнули наружу. Мы оказались в мире холода и гравитации. Во всех мифах о сотворении человека есть мотив изгнания из рая. В психоанализе это трактуется как метафора разрыва связи с матерью в момент рождения. Все мы изгнанники. Нам пришлось искать себе место в чужом мире, который мы за долгие годы с трудом научились считать своим.Но периодически нам хочется воссоздать прежнюю целостность, поэтому нам так нужны объятия, психологическая поддержка. Это желание мы тоже называем «чувством одиночества», но это не страх, а потребность в близости. Способ сказать себе: мне хотелось бы разделить свои переживания с кем-то.Как потребность в близости превращается в страхМиф об изгнании из рая просто описывает наше прошлое. Но есть мифы, которые программируют будущее. Они говорят, что мы можем вернуться в рай, если сделаем все правильно. Или попадем в ад, если ошибемся. В плане человеческих отношений один из самых опасных мифов — романтизм.Его идея в том, что мы можем полностью восстановить целостность, которую ощущали в материнской утробе, если найдем свою «вторую половину» — «родственную душу». Это один-единственный человек в мире, который станет для вас сразу всем: идеальным любовником, интересным собеседником, лучшим другом, личным психологом, помощником в уходе за ребенком, деловым партнером. Если вы его найдете, вам не будет нужен никто другой. А пока вы его не нашли, вы обречены на одиночество.На первый взгляд кажется, что романтизм рисует две равноценные перспективы, и какая из них станет реальностью, зависит от нас. Но на самом деле счастье в этом мифе — иллюзия, реален в нем только ад. Даже если в какой-то момент вам покажется, что вы нашли «родственную душу», рано или поздно вы поймете, что ошиблись.Обман романтической идеи в том, что она обещает невозможное. Ни у кого из нас нет «второй половины». Никто не может понять нас полностью, никто не заменит нам весь мир. Мы можем быть близки с другим человеком, но никогда не сольемся с ним в один организм. Романтический миф извращает нашу естественную потребность в близости, превращая ее в страх одиночества.Как страх одиночества мешает близостиПечальная ирония в том, что самоизоляция стала для нас естественным состоянием и до пандемии. Ситуация абсурдная: мы изолируемся от других, чтобы достичь с ними близости. Как это возможно?Современное табу на одиночество производит на нас двойной эффект. С одной стороны, оно заставляет стыдиться и бояться одиночества. С другой стороны — вынуждает скрывать свои проблемы и страх одиночества, чтобы не показаться неудачником. Поэтому люди обычно изображают благополучие, чтобы быть привлекательными для других.Но настоящая близость не может быть основана на имитации. Представьте, вы позвонили знакомому, с которым хотели бы подружиться. А он в ответ на вопрос «Как дела?raquo; говорит: все отлично, никаких проблем, карьера на подъеме, деньги льются рекой, личная жизнь — лучше не пожелаешь. Через пять минут такого разговора у любого возникнет ощущение, что он уперся в непроходимую стену с нарисованным фасадом. Закрытость не оставляет шансов для дружбы.Путь к близости лежит не через бутафорские парадные двери, а через неприметный вход со двора. Дружба начинается, когда ваш собеседник говорит: дела не очень, отношения не ладятся, такое чувство, будто я зря трачу время и силы. Откровенность — вот величайший подарок, который мы можем преподнести друг другу. Близость возникает только в тот момент, когда мы решаемся раскрыться, показать свою уязвимость, хрупкость, то есть свою человечность. Фрейд называл сновидения «царской дорогой» к бессознательному. Признание своего одиночества — это «царская дорога» к близости.Принять одиночество — значит оказаться в лучшей компанииИногда быть одиноким грустно, но это точно не худшее, что может с нами случиться. Гораздо хуже — одиночество в толпе или фальшивая близость. Если мы примем одиночество как норму и признаем, что нам придется многое пережить наедине с собой, оно не сделает нас несчастными. Совсем наоборот: как говорил Бальзак, одиночество — прекрасное состояние, нужно только, чтобы кто-то помог нам это осознать.Парадокс в том, что в одиночестве человек часто чувствует себя наименее одиноким. В одинокие вечера нам выпадает счастье провести время в отличной компании — с Бодлером, Леонардом Коэном и Эдвардом Хоппером, с прекрасными людьми, которые написали наши любимые книги и картины, сняли наши любимые фильмы, сочинили нашу любимую музыку. Жизнь редко дает нам возможность встретить близкого по духу человека, поэтому побыть в одиночестве — это разумная цена за мгновения настоящей близости.Автор Сергей Панков