Что мы можем сделать для усопших

Умер близкий человек. Можем ли мы помочь его душе, оказавшейся в совершенно новой и непривычной реальности? И что именно мы можем сделать?Православный взгляд на смерть отличается от светского, и дело не только в том, что христиане верят в загробную жизнь. Они вообще не проводят резкой границы между живыми и умершими: и те, и другие, если они христиане, остаются членами Церкви. И те, и другие соединены с вечно живым Христом.Апостол Павел пишет: живем ли — для Господа живем; умираем ли — для Господа умираем: и потому, живем ли или умираем, — всегда Господни (Рим 14:8). Это значит, объясняет святитель Феофан Затворник (1815-1894), что, даже умирая, мы «не исторгаемся из Его вседержащих рук. Господь — Владыка жизни и смерти. Ему вся целость бытия нашего и посвящена должна быть». Господь встречает нас и по ту сторону смерти, и если мы были с Ним в земной жизни, то остаемся с Ним в вечности.Церковь тот же апостол Павел уподобил телу Христову, а членов Церкви, христиан —различным частям этого единого тела. Все мы одним Духом крестились в одно тело, Иудеи или Еллины, рабы или свободные, и все напоены одним Духом, — говорит апостол. — Тело же не из одного члена, но из многих… И вы — тело Христово, а порознь — члены (1 Кор 12:13-14, 27). Все части тела взаимно влияют друг на друга: страдает ли один член, страдают с ним все члены; славится ли один член, с ним радуются все члены (1 Кор 12:26). И все друг о друге заботятся: если человек теряет один глаз или, к примеру, почку, то второй глаз или почка берут на себя двойную нагрузку. Давно замечен и такой, например, факт: у ослепших людей часто обостряется слух. Лишившись зрения, они начинают получать больше информации через звуки.Вот так же христианин относится и к усопшим. Они остаются членами Церкви, они соединены с живым Богом (и потому сами живы), но до момента всеобщего Воскресения они весьма ограничены в своих возможностях. Они словно заснули — потому и зовутся «усопшими». И пока они спят, мы, бодрствующие, можем о них позаботиться.Первое, что мы можем сделать для усопшего человека, — это помолиться о нем БогуМолитва близких — первое и главное, в чем нуждается душа усопшего человека. Моя знакомая, дважды пережившая опыт клинической смерти, рассказывала, что в момент исхода души из тела испытала чувство полной беспомощности. «В тот момент, когда душа выходит из тела, она абсолютно несвободна, она не может ничего изменить, не может даже молиться. Мне это чувство было дано испытать. И я поняла, как нужны молитвы за любого человека, даже самого святого и необыкновенного. Душе, которой нужно пройти в тот мир, молитвенная поддержка так же необходима, как топливо для ракеты, которая должна взлететь».Мы не можем судить о том, насколько ощущения от клинической смерти соотносимы с той реальностью, в которой оказывается душа умершего человека. Ни в нашем личном опыте, ни даже в Евангелии нет ничего, на что здесь можно было бы опереться. Христос и апостолы описывают лишь возможные крайние состояния души, участь которой до Страшного Суда уже решена. Это либо неизреченная радость, о которой апостол Павел говорит: не видел того глаз, не слышало ухо, и не приходило то на сердце человеку, что приготовил Бог любящим Его (1 Кор 2:9); либо тьма внешняя, где будет плач и скрежет зубов (Мф 8:12)…Но то, что описывают люди, вернувшиеся с «того света», часто перекликается с тем, о чем говорят отцы Церкви как о посмертном опыте.Некоторые из таких свидетельств собрал в своем «Слове о смерти» святитель Игнатий (Брянчанинов; (1807–1867). Он приводит, например, рассказ о кончине египетского святого Агафона (ǂ около 435 года): в последние три дня перед смертью тот замолчал и ни с кем не беседовал, но в конце концов ответил братьям, спрашивавшим его: «Авва Агафон, где ты?raquo; «Я предстою суду Христову», — сказал подвижник. И попросил: «Окажите мне любовь, теперь не говорите со мною, потому что я не свободен».А вот как описывал исход души из тела преподобный Макарий Великий (IV век): «Когда пошлются Ангелы, чтобы изъять из тела чью-либо душу… она приходит в испуг и устрашается присутствия страшных и грозных Ангелов. Тогда… она усматривает, как бесполезно для нее, ничтожно, не доставляет никакой помощи множество богатства, знакомых и друзей; она слышит и понимает слезы и рыдания окружающих ее человеков, но не может произнести ни одного слова, ни подать голоса, потому что никогда не случалось ей испытать такого…».Сам усопший ничего не может изменить в своем положении. Но это могут сделать те, кто его любит и желает ему спасения и оправдания на Страшном Суде. Христиане верят, что по усердным молитвам друзей и близких, видя их любовь и решимость потрудиться ради усопшего, Господь может что-то переменить и в его душе (при жизни, может быть, мало интересовавшейся духовными вопросами), очистить ее от страстей, посеять в ней желание быть с Богом.В молитвослове можно найти последование по исходе души из тела, особые молитвы о умершем, можно читать канон о усопшем… А можно помолиться и своими словами. Если слова, которые мы произносим, искренние, если мы произносим их осмысленно и от сердца, а не просто «потому, что так положено», то Господь их обязательно услышит.Для усопших христиан существует чин соборной молитвы — отпеваниеОтпевание — это особая церковная служба, достаточно продолжительная и торжественная, но по сути это соборная молитва Церкви о душе покойного, которая уже стоит на пороге вечности. Хорошо бы, чтобы в этой молитве по возможности участвовали все знавшие покойного, ведь смысл отпевания как раз в этой соборности, в том, что родные и друзья собираются вместе и просят Бога помиловать родную им душу, принять ее к Себе.Совершается отпевание, как правило, на третий день после смерти человека (существует поверье, что первые три дня душа еще пребывает на земле и лишь затем отправляется в мир иной). Но отпеть усопшего можно, даже если его тело уже погребено или вообще не найдено. Так бывает, если человек погиб в автокатастрофе, во время военных действий, утонул в море, сгорел в пожаре и т. п. Тогда совершается так называемое заочное отпевание.Не отпевают только некрещеных, сознательно отрекшихся от веры и самоубийц. Дело тут вовсе не в «корпоративной солидарности» верующих. Просто человек, не принявший при жизни Крещения, остался в стороне от Христа, не стал частью Его Тела, и, хотя молиться о нем все равно можно (и обязательно нужно!), слова тут требуются другие. Странно просить о «упокоении раба Божия», если при жизни человек отрицал Бога. Странно просить о сохранении его души «во блаженной жизни, яже у Тебе, Человеколюбче», если человек испытывал отвращение при одном упоминании о храме и издевался над христианами как «блаженненькими».Во всех других случаях, даже если умерший не был образцовым христианином, сохраняется надежда, что перед смертью он успел покаяться, как покаялся и был принят в рай разбойник, распятый на кресте рядом с Господом Иисусом Христом (ср.: Лк 23:39-43). Лишь самоубийство, то есть нарушение заповеди «не убий» по отношению к самому себе, лишает человека последней возможности покаяния. Хотя, если священник хорошо знал человека, наложившего на себя руки, и уверен, что тот совершил это в невменяемом состоянии, то он вправе отпеть и его (об этом говорится в одном из церковных канонов — 14-м правиле Тимофея Александрийского). А молиться и ставить свечи мы вправе за любого усопшего, и за самоубийц в том числе.Существуют и другие службы о упокоении усопшего, в которых можно участвовать регулярноВо-первых, это панихида и лития — заупокойные богослужения, совершаемые священником по просьбе родственников покойного. И та, и другая службы состоят из ряда молитв и песнопений, в которых мы испрашиваем у Бога для усопшего милости и жизни вечной, просим упокоить его душу «в месте светле, в месте злачне, в месте покойне, отнюдуже отбежé болезнь, печаль и воздыхание». Лития — сокращенный вариант панихиды, разница между ними только в количестве молитв. Служить их можно в любое время и в любом месте: в храме, на кладбище, дома... Если панихиду служат в храме, то чаще всего после литургии перед каноном — прямоугольным подсвечником, напоминающем столик, соединенный с Распятием (то есть Крестом и распятым на нем Спасителем). Именно там, на каноне, принято ставить свечи за упокой.Смысл панихиды и литии примерно тот же, что и у отпевания, — собраться вместе и помолиться о упокоении души дорогого нам человека. Просто отпевание совершается однажды (в норме — в один из дней, следующих за смертью), а панихиду и литию можно служить хоть ежедневно, достаточно попросить об этом священника.Часто панихиду или литию служат не только как частные требы, то есть богослужения по индивидуальной просьбе кого-то из прихожан, но и на регулярной основе — в определенные дни недели (например, каждую субботу после литургии). За такими панихидами молятся все желающие и поминаются все усопшие, имена которых фигурируют в записках на панихиду.Во-вторых, существуют общецерковные дни поминовения усопших, внесенные в церковный календарь. Это так называемые родительские субботы:вселенская (то есть посвященная воспоминанию всех от века усопших православных христиан) родительская суббота накануне Недели о Страшном Суде;три родительские субботы Великого поста (вечерние богослужения накануне суббот во вторую, третью и четвертую недели Великого поста, плюс литургии в сами эти субботы),

вселенская Троицкая и Димитриевская родительские субботы (аналогичные службы в субботы накануне праздника Троицы и накануне 8 ноября, когда празднуется память великомученика Димитрия Солунского).Также к общецерковным дням поминовения усопших относятся Радоница (вторник, следующий за Фоминой неделей, то есть вторым воскресеньем после Пасхи), 30 октября и 9 мая, когда положено служить специальные панихиды о упокоении погибших в годы советских репрессий и в Великую Отечественную войну.Раздать милостыню за усопшегоМолитва, подкрепляемая добрыми делами, например раздачей милостыни нуждающимся, имеет особенно большой вес. В некоторых приходах вошло в обычай после смерти близкого приносить в храм угощение (например, конфеты) и по завершении заупокойной службы раздавать его прихожанам с просьбой помолиться о новопреставленном. Не стоит думать, что, совершая эти дела во имя усопшего, мы «выторговываем» у Бога спасение его души. Скорее делом доказываем, что действительно любим ушедшего от нас человека, что готовы потрудиться и чем-то пожертвовать ради него.А может быть, даже и вместо него. Вспомним житие блаженной Ксении Петербургской, которая после смерти мужа переоделась в его одежду, назвалась «Андреем Федоровичем» и стала творить множество добрых дел от его имени. Со стороны это кажется, мягко говоря, чудачеством. Но если вспомнить апостола Павла и его слова о христианах как части единого Тела Христова, то чудачества блаженной Ксении предстают в несколько ином свете. Совершая тайные благодеяния людям, она словно бы довершала то, что не успел сделать при жизни ее супруг. Схожим образом, кстати, великая княгиня Елизавета Федоровна после гибели мужа вела дела множества благотворительных обществ, учрежденных и возглавлявшихся Сергеем Александровичем.Отсюда же традиция приносить продукты «на канон», то есть на специальный столик рядом с подсвечником, куда ставят свечи «за упокой». Особенно часто это делают на «родительские субботы» и в другие поминальные дни. Это ни в коем случае не языческие «приношения умершим», а добровольная — и, надо сказать, совершенно не обязательная — жертва на храм в память об усопшем (потом эти продукты, как правило, распределяются среди сотрудников храма и нуждающихся прихожан, используются для приходских трапез и т. д.). И конечно, такие пожертвования не заменяют собой участия в богослужении и молитвы об усопшем.Подать записку о поминовении на литургиюЛитургия — это центральное богослужение Церкви, во время которого совершается главное христианское таинство — Евхаристия. По молитве Церкви, возносимой епископом или священником, принесенные в алтарь хлеб и вино претворяются в подлинные Тело и Кровь Господа Иисуса Христа, которыми затем причащают верующих. А после причащения, уже вернувшись в алтарь, священник ссыпает в Чашу с оставшейся святой Кровью частицы, вынутые из просфор еще в самом начале литургии, во время проскомидии, за каждого из людей, чьи имена упоминались в поданных записках. При этом священник молится: «Отмый, Господи, грехи поминавшихся зде Кровию Твоею честною, молитвами святых Твоих». Таким образом, во время литургии за христиан, упомянутых в записках, не только молятся: совершается еще и священнодействие, очищающее их души. Это касается не только ныне здравствующих христиан, но и усопших. С усопшими происходит то самое, о чем мы просим Бога, когда молимся о просветлении и очищении их душ.Чтение записок на литургии (или, еще точнее, на проскомидии) — это важнейшая форма церковного поминовения. Составить представление о том, насколько это помогает усопшим, помогает история, которую рассказывал своим ученикам преподобный Макарий Великий. Однажды он шел по пустыне и увидел на земле человеческий череп. Преподобный Макарий поднял его и спросил: «Кто ты такой?raquo; Череп отвечал: «Я был главным языческим жрецом и теперь страдаю в аду вместе с другими грешниками. Мы находимся в великом огне и вдобавок в кромешной тьме, так что не видим друг друга. Но когда во время литургии ты, авва, молишься о находящихся в аде, тьма несколько рассеивается и мы начинаем немного видеть друг друга, и это служит нам утешением». Здесь, конечно, говорится не о христианине, а об одном из язычников, имена которых на проскомидии не поминаются. И тем не менее даже его душа получала некоторое облегчение от одной молитвы священника!Подать имена усопших для поминовения на сорокоуст

Сорокоуст — это поминовение христиан в течение первых сорока дней с момента их смерти. Сорока — потому что, как считается, именно столько времени душа усопшего путешествует по пространствам загробного мира, прежде чем Господь назначает ей место пребывания до Страшного Суда. В течение этих сорока дней, отсчет которых начинается со дня кончины, усопший называется новопреставленным. И в этот период его душа особенно нуждается в нашей молитве.Все эти сорок дней имена христиан, вписанные в помянник для сорокоуста (так называемый синодик), ежедневно поминаются в алтаре, в том числе во время проскомидии. Подать имя на сорокоуст — хорошая возможность позаботиться о душе усопшего близкого, но она ни в коем случае не должна подменять собой нашу личную молитву. Ведь священник, диакон или алтарник, читающий записки в алтаре, никогда не помолится об ушедшем от нас человеке так же тепло и искренне, как это можем сделать мы, лично знавшие этого человека и продолжающие любить его.Поставить свечу за упокойЛюди привычно заходят в церкви поставить свечку за кого-то из близких — или «за здравие», или «за упокой» (в последнем случае, напомним, свечу принято ставить на специальный прямоугольный подсвечник рядом с Распятием, — канон). В этой традиции, конечно, нет ничего плохого, только стоит иметь в виду, что сама по себе свеча никакой «священной» функции не несет. Это всего лишь предметный символ нашей молитвы о близком человеке (как пламя свечи возносится вверх, так и наша молитва устремляется к Богу) и кроме того — форма пожертвования на храм. Свеча может помогать нам молиться, но никак не заменяет молитву и вне молитвы не нужна. Поэтому распространенный народный обычай забирать домой огарок свечи, постоявшей на подсвечнике в храме (например, во время отпевания или панихиды), не имеет под собой ровным счетом никаких оснований.Самое главное: активнее включаться в церковную жизнь самим

Разные формы молитвы и поминовения усопших важны, но все они останутся неполными, если близкие этих людей, все еще продолжающие жить на земле, не станут сами искать общения с Богом и активнее участвовать в церковной жизни. В первую очередь речь идет об участии в церковных таинствах.Все христиане связаны друг с другом не только кровными узами, но и принадлежностью к единому Телу Христову, и со смертью эта связь не обрывается. Святой праведный Иоанн Кронштадтский (ǂ1909) писал, что мы сохраняем общение друг с другом в Боге, но, конечно, только если заботимся о сохранении связи с Самим Богом, поддерживаем живые отношения с Ним. Именно это происходит в таинствах, когда мы очищаем сердце в исповеди, причащаемся Тела и Крови Христовых. Приближаясь к Богу, соединяясь с Ним, пользуясь Его благодатной помощью, мы не только сами наполняемся Его светом и жизнью: пользу получают и те наши близкие, которые уже ушли от нас в мир иной. Мы как бы делимся с ними полученными благодатными дарами (если только они не были идейными богоборцами и не отказались от Христа). Христианская жизнь, немыслимая без церковных таинств, — лучший способ позаботиться о блаженном упокоении наших близких и донести молитву о них до Бога.