Это нужно смотреть каждому родителю

Сериал «Переходный возраст» (Adolescence) обязательно стоит посмотреть — я глубоко в этом убеждена — каждому родителю, особенно родителю подростка. Сначала самому, а затем, возможно, вместе с детьми. Но не потому, что это потрясающее событие в мире кино с точки зрения операторской и актерской работы.Сериал уже назвали фильмом года, это первый британский сериал, который возглавил мировые топы, его обсуждают в британском парламенте, киношных сообществах и во всех соцсетях. И действительно, есть что обсудить.Фильм снят одним дублем, каждая 40-минутная серия — гениальная работа всей команды: актеров, режиссера, оператора, операторов дронов. Как нужно было рассчитать все, чтобы каждый персонаж оказался в нужном месте в нужное время! А у актеров нет шанса на новый дубль или ошибку в тексте — один кадр, ни одной склейки. Но этот разговор мы оставим профессиональному сообществу, нам важно другое.

И да, если вы еще не смотрели сериал и не любите спойлеры — возвращайтесь после просмотра.О чем сериал?13-летний Джейми убил ножом свою одноклассницу. Сериал начинается с его ареста: в 6:15 утра в дом мальчика врывается вооруженный до зубов наряд полиции, и прежняя жизнь семьи в этот момент заканчивается навсегда. Допросы следуют один за другим, идут обыски, в школе начинается расследование. В воздухе витает множество загадок, но авторам важно не это. Это не детектив. И не история о психически нестабильном подростке.Создатели сериала показывают: Джейми — самый обычный подросток. Он растет в типичной британской семье, ничем не отличающейся от семьи того же полицейского, который его арестовал. Родители стараются делать все правильно, так, как умеют. В доме нет насилия, жестокого обращения. И именно поэтому история выглядит настолько страшной.«Мы хотели, чтобы зрители посмотрели на свою семью и подумали: "Боже, это могло бы произойти с нами!"» — говорят создатели.При этом авторы не хотят запугать родителей, дескать никто не застрахован, не стремятся поселить в них липкий страх: «А вдруг завтра мой ребенок сделает то же самое?raquo; Они ясно показывают, на что действительно стоит обратить внимание.Джейми только что задержалиЗа последние десять лет в Великобритании число вооруженных нападений на женщин выросло в два раза — 18 500 случаев. Все чаще подобные преступления совершают в школах, одноклассники нападают друг на друга. Создатели сериала не экранизировали конкретную историю, но хотели зафиксировать пугающую тенденцию: никто не застрахован, и подобное может случиться в любом классе, с любым подростком.Стивен Грэм, соавтор фильма и исполнитель роли отца, однажды наткнулся на новость о мальчике, который зарезал девушку в деревне неподалеку от его дома. Спустя несколько месяцев он увидел вечерний репортаж о новом нападении с ножом на подростка.«И это был совершенно другой случай, — отмечает он. — Произошедший на другом конце страны! Причем все это было еще до инцидента в Саутпорте», — там три девочки получили ножевые ранения прямо на танцевальном занятии, посвященном Тейлор Свифт. — «Но к тому моменту уже набралось четыре или пять подобных происшествий, и я начал задаваться вопросом: что вообще происходит? Ведь это не взрослые мужчины совершают эти преступления. Это подростки. Эта мысль давно сидела у меня в голове».Джейми и его семьяБыла ли семья Джейми достаточно хорошей? Этот вопрос мучает его отца — Эдди. Он любит сына, с теплотой вспоминает, как тот смешно ел десерты и как они вместе играли в футбол (footy — скорее всего, Джейми тогда был совсем маленьким). Но отец уходил из дома в шесть утра и возвращался после восьми вечера — фактически он почти не видел сына. Когда Джейми выбирает его в качестве взрослого, который будет представлять его интересы в суде (ему всего 13 лет), мать удивляется: «Как это он выбрал тебя?raquo; Очевидно, их контакт был минимальным.Мать возвращалась домой раньше, но большую часть времени занималась хозяйством.А Джейми? Он ходил в школу, возвращался домой, сидел в своей комнате. Раз он в комнате — значит, с ним все в порядке.У Джейми нет диагноза или психического расстройства. Зрители пишут о том, что, возможно, у него есть психопатия, но авторы снимали сериал не о мальчике с психическим расстройством. Они, наоборот, подчеркивают, что в опасности все, чьим родителям все равно, школе неважно, и единственное место, где тебя ждут — это интернет. Авторы хотели показать самого обычного мальчика из нормальной семьи. Он накормлен, одет, у него хорошие кроссовки, велосипед, уютная комната и нормальная школа. Родители уверены, что делают для него все необходимое. Но знают ли они, как он живет?mdash; «Как дела?raquo; — «Нормально».Автор сценария фильма Джек Торн подчеркивает, что увидел, как сам был похож на Джейми в 13 лет. По его словам, между ними есть только одно принципиальное отличие, и это не наличие или отсутствие проблем с психикой. «У Джейми был интернет, который он читал по ночам, а у меня — Терри Пратчетт и Джуди Блум». Вот ради этой темы, фактически, снимался сериал.Психолог, проводящая экспертизу, становится первым взрослым в жизни Джейми, кто по-настоящему его слушает. Она спрашивает его о жизни, друзьях, одиночестве, страхах. Он отвечает и не отвечает, кричит и плачет, угрожает и размышляет. Но главное — он говорит. И ему это необходимо. Потому что до этого с ним никто так не разговаривал.Манда, мать Джейми, говорит: «Он никогда не выходил из своей комнаты. Придет домой, хлопнет дверью — и сразу за компьютер. Я видела свет в час ночи. Стучу и говорю: «Джейми, завтра в школу». Свет выключался, но он не отвечал ни слова». И вот это один из важнейших для авторов моментов.Соавтор фильма и исполнитель роли отца, Стивен Грэм, объясняет ключевую мысль фильма так: «Когда я был ребенком и сидел в своей комнате, мама знала — там я в безопасности. Я практически не мог сделать ничего, что могло бы мне навредить. Но сегодня все иначе. Эти телефоны невероятно опасны. А так называемые инфлюенсеры… я считаю, что на них лежит огромная ответственность».Теперь, если подросток сидит в своей комнате, это вовсе не означает, что с ним все в порядке. Напротив. Джейми — не просто случайная жертва дурного влияния из интернета. У него былиРодители, которые не знали, чем он живет.Школа, которая не защитила ученицу, чьи обнаженные фотографии увидела вся школа.Интернет-культура ненависти, в которую Джейми погрузился.«Он не просто продукт субкультуры. Он продукт родителей, которые не заметили, школы, которой было все равно, и мозга, который его не остановил», — говорят авторы.

Еще один важный аспект: у Джейми нет истории успеха. Для подростка важно чувствовать, что он в чем-то хорош, что у него есть талант, особый навык, его «суперсила». И у Джейми она есть — он прекрасно рисует. С детства. На день рождения отца он присылает ему открытку с нарисованным портретом. Родители бегло говорят: «Хорошо нарисовано». Но никто даже не задумывается, что его можно было бы отдать на художественные курсы, помочь развить этот талант. Джейми хорошо помнит, как у него не получалось играть в футбол и как отец отвернулся от него из чувства стыда.Когда Джейми разговаривает с психологом, он говорит, что не умеет делать НИЧЕГО. Его старшая сестра — умница, отличница, у нее все получается. А он? Нет. Еще он повторяет, что он урод. Это звучит странно, ведь Джейми — красивый мальчик с кукольными ресницами и кудрями. Но именно так это и происходит с подростками.Частично из-за этого он интересуется темой маскулинности, пытаясь понять, как стать мужчиной. Он не так умен, как девочки в школе, у него нет талантов, он не чувствует себя значимым. И общество предлагает ему только один сценарий — мужчина должен иметь отношения с женщинами. Поэтому для него особенно болезненны комментарии про «инцела» (вынужденное воздержание).Вынужденный целибат в 13 лет? Отсутствие девушки в 13 лет — повод для насмешек и травли? Но другого сценария самореализации для него просто нет.«У нас настоящий кризис среди молодых мужчин, и нам срочно нужно это обсуждать. Это касается каждого. Я просто хотел начать разговор об этом — честный, открытый разговор. Не знал, готовы ли люди. Но, похоже, они готовы. И, надеюсь, это только начало», — говорит Грэм.«Ты как?raquo; — «Норм».В сериале есть вторая история подростка, которая еще больше подчеркивает главную проблему. Полицейский Люк Баском и его отношения с сыном — это зеркальное отражение того, что происходит в семье Джейми. Именно поэтому на месте Джейми мог бы оказаться кто угодно, даже сын полицейского.Сериал начинается с того, что сын просит инспектора Баскома отпустить его из школы, жалуясь на плохое самочувствие. Но отец даже не задумывается, в чем истинная причина. Может, его травят? Может, случилось что-то серьезное? Почему он не хочет идти в школу? Вместо того чтобы разобраться, полицейский просто перекладывает ответственность на жену: «Мама разберется. Он знает, что я мягкий и могу поддаться, поэтому звонит мне».Когда полиция приходит в школу, сын объясняет отцу смысл смайликов в соцсетях — информацию, о которой взрослые даже не догадываются. В этот момент Баском осознает, насколько огромен разрыв между ним и сыном. Насколько родители на самом деле не представляют, чем живут их дети.Пытаясь исправить ситуацию, он везет сына пообедать. Разговор не клеится. Он задает неловкие вопросы про уроки. Видно, что это редкий совместный обед — отец даже удивляется выбору ресторана. Но самое главное: он вдруг узнает, что сын учит французский. И тут же, неуклюже, спрашивает: «Ой, скажи что-нибудь на французском».

Он не знает, о чем говорить. Не понимает, с чего начать. Но, по крайней мере, он пробует.Сможет ли он действительно наладить отношения? Или все ограничится этой одной поездкой в кафе? Вопрос остается открытым.Что понятно в Великобритании и не считывается в России

Одна из ключевых тем сериала — теория и субкультура инцелов.Подростки общаются в закрытых группах (Truth Groups), используя язык смайлов, непонятный взрослым. В этих сообществах процветает культура ненависти, насаждается идея «красной таблетки» — убеждение, что миром правят женщины, а «обычные мужчины» оказываются жертвами. Здесь же формируется культ насилия.Термин incel (involuntary celibate) — «невольный целибат» — означает состояние, когда мужчина не может вступить в отношения, потому что женщины ему отказывают. В таких группах подросткам внушают, что 80% женщин интересует лишь 20% мужчин. Чтобы изменить это «несправедливое» уравнение, нужно «вернуть контроль», обрести «настоящую маскулинность», избавиться от внешнего давления. В итоге уже в 12–13 лет у мальчиков возникает тревога: «Как так, мне уже 13, а у меня еще не было отношений?raquo;Именно поэтому Джейми так резко реагирует на психолога: «Ты не контролируешь меня!» Для него это триггер.Джейми выходит из себя во время разговора с психологом

Именно поэтому он позвал Кейти на свидание в тот момент, когда вся школа смеялась над ее обнаженными фотографиями. Он думал, что она будет уязвима, потеряет контроль, а значит, сам Джейми окажется в сильной позиции: «Я снизошел до тебя». Но когда Кейти отказала — «Нет, я не настолько в отчаянии, чтобы идти на свидание с тобой», — это его взбесило.В англоязычном пространстве тема инцелов хорошо известна. Все знают, какие блогеры продвигают такие взгляды и насколько велика их аудитория среди подростков. В России подобные течения тоже существуют (о них подробно расскажет в своем материале психолог Анна Левченко), но они не так широко обсуждаются. Поэтому за пределами Великобритании эти смыслы могут оставаться непонятыми.Но главное — не сами интернет-сообщества. Главное, что родители не знают, чем живут их дети. И что в момент кризиса подросткам просто не с кем поговорить.История Кейти (ее голос звучит в финальной песне сериала) — еще одно тому подтверждение. Ее родители даже не подозревали, что Кейти сделала обнаженные фотографии для мальчика, который ей нравился, а потом их увидела и обсуждала вся школа. Они, вероятно, были уверены: «Она никогда бы так не поступила, зачем об этом говорить?raquo; В итоге, когда Кейти оказалась в центре травли, ей некуда было пойти за поддержкой. И она сама начала буллить Джейми.

«Если подросток сидит у себя в комнате — это больше не означает, что он в безопасности».Бессилие взрослыхСериал не обвиняет родителей, но показывает их беспомощность:Они не понимают язык подростков.

Они верят, что «все нормально» — пока не становится слишком поздно.«Надо ли мне было сделать больше?raquo; — спрашивает отец Джейми в финале. И этот вопрос остается открытым.Воспитание — это всегда путь в неизвестность. Человек, обладающий свободной волей, может пойти совсем не туда, куда надеялись родители. Иногда этот путь оказывается прекрасным, иногда — трагическим.Сегодня многие инфобизнесмены, наживаясь на страхах родителей, продают книги, курсы и чек-листы: «Как вырастить счастливого ребенка», «Как воспитать успешного человека». Родителям кажется, что если следовать инструкции, смешивая «правильные» ингредиенты, то на выходе получится счастливый ребенок. Но реальность сложнее. Мы видим, как трагедии происходят с теми, кого считали благополучными, и как находят себя те, на ком в школе предлагали поставить крест.Родители обсуждают, какова их ответственность за поступок сынаЧто действительно важно — это сохранять контакт.

Знать, чем живет подросток.Понимать, как ему помочь.Быть тем взрослым, к которому можно прийти.Или хотя бы помочь найти такого взрослого — например, хорошего психолога, которому подросток сможет написать сам и рассказать то, о чем не готов говорить с родителями.

Это то, что мы можем сделать.Ты убил человека, но… ты в порядке, да?Это сложно передать в переводе, но в фильме ясно показана пропасть между тем, что мы говорим, привычными формулами вежливости и тем, что мы действительно чувствуем.Самое распространенное британское приветствие — «You alright?raquo; («Ты в порядке?raquo;). Даже американцам нужно к нему привыкнуть: их первая реакция — «А что со мной не так?raquo;. Но в Британии так здороваются все. Еще одна особенность культуры — understatement, предельное смягчение эмоций. Вместо «У тебя ужасная прическа» скажут «О, интересная прическа». Вместо «Ты несешь чушь» — «Я понимаю твою точку зрения».Но что происходит, когда живая боль и отчаяние тонут под этой выверенной вежливостью? Когда все отрегулировано и закодировано? Когда есть строгий протокол, определяющий, кто и что может сказать?Разговор отца и сына сразу после задержанияВ начале сериала инспектор полиции спрашивает семью: «Все хорошо?raquo; И сначала они не выдерживают: «Вы повалили нас на пол, целясь из автоматов, а теперь спрашиваете, в порядке ли мы?!» Но уже через минуту инспектор спокойно выдает отработанную формулировку: «Сожалею, если вы чем-то огорчены. Вы можете подать жалобу».«Я понимаю, что вы расстроены».«Мне жаль, что так произошло».Джейми, срывая голос, кричит психологу: «Я тебе нравлюсь?! Как человек?!» Это отчаяние, это страх. А в ответ — «Спасибо за потраченное время». Формулировка, к которой не придраться. Ей самой тяжело, но она держится в рамках протокола.Джейми остается оглушительно один.Он не хочет отпускать человека, который впервые с ним заговорил. Впервые за всю его жизнь. Но в ответ — только: «Спасибо за ваше время. Мы сожалеем, что вы расстроены».

Сам Джейми тоже усвоил эти правила. Когда психолог задает ему неудобные вопросы, он каждый раз уточняет: «Вы точно можете спрашивать такое? Это разрешено?raquo; И она отвечает именно так, как разрешено.В конце фильма Джейми звонит родителям. Он хочет сказать, что признает вину в убийстве. По британским законам ему грозит от 15 лет до пожизненного.Мать не находит слов. Все, что она может сказать, облекая в вежливость свою боль, — «Вас получше кормят?raquo;«Джейми, родной, любимый мальчик, мы тебя все равно любим, мы все время о тебе думаем, нам трудно зайти в твою комнату, так сильно мы скучаем по тебе. Мы весь день говорили только про тебя, родной. Джейми, я очень тебя люблю», — возможно, хотела бы сказать она.Вас получше кормят?Отец Джейми: разрыв маскулинного кругаОтец Джейми (Стивен Грэм) — воплощение маскулинности в ее худшем проявлении. Джейми признается: «Он не так часто кричал», но зритель видит, что отец может и догнать, и напугать, и выругаться. Для Джейми это единственный сценарий поведения, который он наблюдает с детства.

Но в финале сериала происходит неожиданное:Отец извиняется перед женой и дочерью за свои срывы.

Он признает, что не справился.

Он становится первым взрослым, который разрывает цикл агрессии.И Джейми, и его отец Эдди — вспыльчивые, эмоциональные. Но Эдди, столкнувшись с болью и правдой, не звереет.

Когда он ловит подростка, поцарапавшего его машину, он не просто кричит: «Ты не понимаешь, что происходит! Ты не знаешь, через что я прохожу!» — он раскрывается перед этим мальчишкой больше, чем перед кем-либо в своей жизни. Он плачет. Навзрыд. (Стоп. Мужчины ведь не плачут?)Эдди в отчаянииОн становится уязвимым. А значит — живым. Он разрешает себе чувствовать боль, одиночество, отчаяние. Позволяет себе признать: «Я совершил ошибку».В начале последней серии он выливает кофе в полузасохший цветок жены — заботиться о растениях не по-мужски. Но в конце, после очередного срыва, он бережно принимает из рук жены новый цветок и аккуратно ставит его в машине.

Создатели фильма говорят нам: из этого круга можно выйти.

Кстати, актер Стивен Грэм всю карьеру играл жестких мужчин: бандитов, преступников, гангстеров. Его участие в этом фильме — особенно мощный жест. Он снимал его не как крутой парень, а как отец, который боится за своих детей.Что дальше?Сериал не дает простых ответов.«Мы никогда и не говорили, что можем дать какие-то ответы», — признается Стивен Грэм.Авторы фильма надеются на изменения. В Европе и США набирает силу движение против раннего доступа подростков к смартфонам и соцсетям. Во многих странах дети получают смартфон позже, чем в России (в Великобритании — в среднем в 11 лет), но даже там исследователи бьют тревогу: с 2012 года — времени расцвета соцсетей — резко выросли показатели депрессий, одиночества, расстройств пищевого поведения и самоповреждений.Некоторые школы в Америке, Австралии, Европе полностью запрещают телефоны — а в отдельных школах родители подписывают документы, что и дома у ребенка не будет смартфона.После выхода сериала дискуссия стала еще острее.

Но сами по себе запреты не решат проблему.Я бы задала вопросы сама себе.Знаю ли я, что вообще происходит с моим подростком?Что он смотрит и слушает? Можем ли мы послушать это вместе?Будет ли он со мной смотреть то, что ему интересно?

Знаю ли я, что происходит в его жизни? С кем он общается? Что его беспокоит?Сколько времени мы проводим с ним вместе — не в телефонах оба, а просто разговаривая. Когда последний раз это было?

Знает ли он правила безопасности в сети? А что происходит с этими правилами в его окружении?Есть ли в его классе подростки, над которыми смеются или которых травят?Есть ли у моего подростка область успеха, территория успеха, то, что он делает хорошо? Понимает ли он, «про что» он?Есть ли у него надежный взрослый, к которому можно прийти с разговором, не боясь за последствия? Тренер, учитель, священник, психолог? Кто-то, кому всегда можно написать в сложной ситуации?Кстати, обязательно послушайте психолога Никиту Карпова о доверии подростка.Вместо послесловия«Мы сделали этот сериал из любви. Мы бросили камень в пруд — и рябь оказалась оглушительной», — говорят создатели фильма.«Мы создали это с такой искренностью, с таким уважением. Думаю, именно поэтому эффект оказался таким мощным. Мы просто хотели пролить свет на правду. На то, что в Британии молодые парни убивают девушек ножами. Мы хотели начать разговор. Между родителями и детьми».И если после этого фильма хотя бы одна семья задумается: «А знаем ли мы, что происходит в душе у нашего подростка?raquo; — значит, сериал себя уже оправдал.