Явные проявления скрытой безработицы

Все последние годы наши финансово-экономические власти очень гордятся, как они отмечают, рекордно низким уровнем безработицы в России. Действительно, по данным официальной статистики, безработных на начало 2026 года в России было всего 2,2%. Для сравнения отметим, что в США безработица на начало 2026 года составляла 4,4%, в Китае больше 5%, а, скажем, в Турции больше 8%.Казалось бы, надо радоваться. Как минимум одно зло в России точно побеждено! Все, кто хочет работать и зарабатывать, при деле, в экономике наступило долгожданное равновесие! Но на самом деле всё далеко не так, и проблем с занятостью в России предостаточно. Скажу больше, мы стоим на пороге серьезного социального кризиса. Уже сейчас многие агентства фиксируют ситуацию неудовлетворенного спроса на рабочие места, радикально превышающего имеющиеся предложения. Люди постоянно ищут себе работу и не могут найти подходящее рабочее место.По сути, мы можем четко фиксировать тотальный неудовлетворенный спрос наших граждан на привлекательные рабочие места. На рынке труда наблюдается дефицит ставок и вакансий. Дефицит, как известно из политэкономии, это проявление инфляции. И мы наблюдаем, наверное, самую тревожную инфляцию из возможных — инфляцию трудовых способностей граждан, когда ценность труда, а значит, и человека неуклонно снижается. Что действительно страшно…О проблеме с занятостью и наличием реальной безработицы уже говорит наш президент Владимир Путин. На совещании по экономическим вопросам, которое прошло в конце марта, главой государства была четко поставлена задача правительству РФ и Центробанку России вернуть страну на траекторию устойчивого экономического роста при условии снижения инфляции и борьбы с безработицей.На фоне «победных реляций» Росстата о фактически нулевой безработице можно с уверенностью говорить, что в России ускоренными темпами развивается так называемая скрытая безработица. Это ситуация в экономике, когда юридически безработных нет, но и рабочих мест, которые удовлетворяли бы совершенно справедливым запросам наших граждан, тоже недостаточно. Обозначим семь основных проблем с занятостью наших граждан.Первая: многие работники имеют свою постоянную работу, но при этом они этим рабочим местом крайне недовольны и поэтому ищут для себя нового работодателя. Кроме естественным путем возникающих иногда причин необходимости смены вида или рода деятельности (выгорание, переезд и пр.), мы наблюдаем реальное снижение доходов граждан на их рабочих местах на фоне общего охлаждения экономики. Следствием этого самого охлаждения уже стали практика перехода на сокращенную рабочую неделю, отказ работодателя от премий и т.д.Вторая проблема: феномен «работающих бедных», к которым можно отнести тех сотрудников, которые формально имеют работу, но их доходы и заработок оставляют желать лучшего. К сожалению, в России армия «работающих бедных» измеряется миллионами человек, и это очень серьезный вызов социальному и экономическому развитию нашей страны. Здесь точно необходимы неординарные государственные решения. Бедность — однозначное зло, с которым, конечно, надо бороться. В этой ситуации разного рода предложения о «шестидневке» и 12-часовом рабочем дне выглядят как минимум издевательством. Эксплуатацией, переработками и адским трудом бедность не искоренить.Третья проблема: неформальная занятость. Мелкий ремонт, стройка, извоз, «отхожий промысел» и пр. с оплатой наличными или переводом на карту — это, увы, реальность сегодняшнего дня не только в сельской местности и малых городах, но по факту уже и в мегаполисах. Снижение платежеспособного спроса заставляет многих предпринимателей «экономить» на налогах. Понятно, что Федеральная налоговая служба планирует отслеживать подобные платежи, но ужесточением проблему не решить. Нужно повышать уровень жизни граждан, что и позволит многим выходить «из тени» и отказываться от неформальной занятости.Четвертое проявление обозначенного выше противоречия — это граждане, фактические безработные, но с оформленным статусом самозанятых. Сейчас в качестве самозанятых зарегистрированы порядка 16 млн человек, что, конечно, неплохо. Скажу больше, статус самозанятых надо повышать, не позволять государству брать с них лишнего и создавать все условия, для того чтобы люди могли эффективно реализовывать свои небольшие, но со всех сторон важные проекты.Проблема здесь состоит в том, что при наличии такой большой армии самозанятых многие из них имеют месячный оборот, измеряемый 20–30 тысячами рублей. Как мы прекрасно понимаем, такой уровень дохода тоже не позволяет уходить за пределы бедности.Пятое проявление, которое напрямую влияет на «красивые цифры» нашего Росстата, связано с тем, что большинство граждан при потере работы не торопятся регистрироваться на бирже труда. Причины крайне просты. Официальный статус безработного оптимизма никому не добавляет, а пособия по безработице настолько ничтожны, что существенного влияния на доход оказать просто не в состоянии. Именно поэтому часто люди маскируют свою безработицу либо через неформальную занятость, либо через статус самозанятого.Шестая проблема (может быть, самая важная): девальвация ценности заработной платы. Дело в том, что индексация зарплат в большинстве организаций страны не производится годами. Даже на фоне официальной инфляции (5,59% по итогам 2025 года, которая в разы меньше реальной продуктовой инфляции) реальная покупательная способность наших зарплат постоянно снижается. Если номинальная заработная плата осталась на уровне, скажем, 2021 года, то реально (с точки зрения возможности что-то купить) она сократилась в полтора раза.Эту ситуацию можно назвать если не катастрофой, то точно крайне тревожным противоречием. В условиях, когда люди меньше зарабатывают и меньше тратят на свои семьи, социальный кризис становится тревожной реальностью. О каком, например, росте рождаемости можно говорить, если людям уже иногда на жизнь не хватает заработанного?В этой части хорошим показателем реальной ситуации с заработной платой на макроэкономическом уровне является доля фонда оплаты труда (ФОТ) в издержках предприятий или, как вариант, доля оплаты труда в ВВП. Даже наша официальная статистика фиксирует постоянный низкий уровень доли оплаты труда в цене конечной продукции. То есть труд в создании товара или услуги оказывается менее ценным фактором по сравнению, скажем, с материально-техническими издержками. Что бы нам ни говорили отечественные либеральные экономисты, но это явный признак слаборазвитой экономики (хотя, честно говоря, либералы нашу экономику реально считают слаборазвитой). В России в структуре ВВП по источникам доходов доля заработной платы в 2025 году составила 48,1% (она, кстати, немного подросла). Скажем, в Германии доля оплаты труда в ВВП составляет 61%, а в Китае и Индии (где были традиционно низкими расходы на оплату труда) ее доля в ВВП уже однозначно превысила 50%. Возникает вопрос: какую экономику мы хотим построить?В этой ситуации хочется напомнить слова Владимира Путина, сказанные им на пленарном заседании Восточного экономического форума в сентябре 2025 года: «Экономика России должна стать экономикой высоких зарплат. Это не пустой звук, это не популизм: в этом есть экономический смысл».Здесь можно вспомнить про седьмой аспект: в России тотальный дефицит высокооплачиваемых ставок и должностей. Я в данном случае говорю не про «эффективных менеджеров», которые в крупных компаниях получают многомиллионные зарплаты, а про реальных специалистов высочайшей категории, способных создавать своей работой и творческой деятельностью новые научные направления, новые производства и даже новые отрасли. Доля таких позиций в штатном расписании наших компаний ничтожно мала.Следствием является то, что наша страна стремительно сокращает свой инновационный потенциал, выпадая из элиты самых инновационных стран мира. Это угроза потери технологического суверенитета, а это первый шаг к потере сначала экономического, а впоследствии и политического суверенитета.Нужны действительно фундаментальные изменения, позволяющие поднять социальный и экономический статус человека труда. Отметим лишь три возможных решения, которые могут быть реализованы прямо сейчас.Первое решение: перезапуск экономического роста в нашей стране через рост денежной массы в реальном секторе экономики. В настоящее время народное хозяйство нашей страны чудовищным образом недофинансировано. Рост денежной массы можно обеспечить самыми разными способами, но самый эффективный из них — целевая эмиссия цифрового рубля на развитие инфраструктуры и модернизацию национальной экономики. Речь идет о связанной эмиссии окрашенных денег по формуле: «деньги — на материальные объекты».Второе решение: безусловный базовый доход (ББД) как форма поддержки социального развития и стимулирования внутреннего спроса. Как мы прекрасно понимаем, ББД тоже может быть реализован в форме цифрового рубля с ограничением его использования исключительно, например, на покупку продовольственных товаров, лекарств, товаров для детей и пр. Я бы предложил выплачивать в форме ББД ежемесячно по десять тысяч рублей на каждого ребенка всем семьям с детьми. Эти деньги точно не решат все социальные задачи, но однозначно продемонстрируют людям заботу о них со стороны государства.Наконец, третье решение: массовая и масштабная государственная грантовая программа на реализацию проектов в предпринимательской, научной, общественно-полезной и культурной сферах. Любая содержательная инициатива должна иметь возможность быть финансово поддержана на государственном уровне. Нам сейчас надо перезапустить экономическое, научно-исследовательское, социокультурное и гражданское творчество масс, где сконцентрирован громадный потенциал.Безусловно, все эти решения могут прекрасно работать в комплексе. Возможно, они и не являются идеальными. Однако в любом случае необходимы скорейшие меры поддержки занятости и борьбы с потенциальной безработицей в нашей стране. К сожалению, без должного внимания и на текущей базе социальный и экономический кризисы в ближайшее время крайне вероятны.