Плавучая тюрьма: признания белоруски о работе на круизном лайнере

«Решение поработать на круизном корабле пришло абсолютно спонтанно. Мне хотелось сменить обстановку, заработать денег и увидеть другие страны» — белоруска Мария на семь месяцев уехала работать на круизном лайнере в Атлантическом океане. А когда вернулась домой, рассказала, почему жизнь на корабле — это тюрьма. Где люди днями не видят солнца в иллюминаторах, заводят ненастоящие семьи и обслуживают людей, которые решили умереть на корабле, чтобы не оплачивать свои похороны.

«Ты не человек — ты цифра. Твой ID — 502111»

Устроиться работать на корабль может абсолютно каждый. Даже английский не обязательно знать на высоком уровне — достаточно связывать несколько слов. Работников на круизах катастрофически не хватает, ведь платят мало, а работать приходится очень много. Трудоустройством на круизы в Минске занимаются две фирмы: «Исмира» и TravelGroup. В «Исмире» мне отказали из-за татуировок на теле. В TravelGroup взяли без проблем, так как знали, что татуировки просто нужно прикрывать и на самом деле всем наплевать.

Для белорусов выбор профессий там небольшой. Предлагали работу фотографа, помощника официанта, продавца и Floor supervisor. Я устроилась супервайзером. В обязанности входило следить за стюардами (горничные в отелях), проверять их работу, а также быть ответственным за любой каприз гостей. В конце дня обязательно писать отчеты обо всем, что происходило за день.

Самое главное — подружиться со стюардами, иначе твоя работа превратится в ад. Над тобой еще куча различных начальников, а над ними другие начальники, каждый требует от другого порядка и выполнения работы, хотя на самом деле всем вообще все равно, что происходит. Главное — прикрыть собственную задницу. Стюарды — это в основном азиаты, они работают на этом корабле по 20 лет. И ты для них новый человек, тем более девочка, поэтому сделать так, чтобы твоя жизнь на корабле стала невыносимой, им очень просто. Если что-то случится на этаже или в номере гостя, виноват будешь в этом ты, ведь обязан был проследить. А стюард всегда выкрутится.

К сожалению, я попала на корабль с самым дешевым круизом, который длился всего лишь четыре дня и его путь пролегал от порта Канаверал к Багамам и обратно. Поэтому увидеть мир, кроме этого курорта, так и не получилось. Я только узнала, что такое работа на лайнере, ощутила на себе, что такое, когда каждый день — это отражение предыдущего, а завтрашний день будет точно таким же. Ты даже несколько дней не видишь солнца, потому что в твоей каюте, (впрочем, как и в каютах всех работников) нет окна — первое время ты просыпаешься и не понимаешь, день сейчас или ночь.

Я поняла, что корабль — это своего рода игра. Кукольный домик. Тебя поместили в искусственную микросреду, и каждому дали свою роль. У тебя всего два выхода: либо подчиниться обстоятельствам, потерять себя как личность, либо осознать, что это все ненастоящее и однажды закончится. Иначе ты сломаешься от перегрузок или сойдешь с ума. Такое действительно случалось — работников отправляли домой из-за психологического состояния. Случалось, люди совершали суицид. Тут ты живешь на работе и работаешь дома — вот это твоя реальность на семь месяцев. Корабль своего рода тюрьма, абсолютная резервация — выжить там можно, если не воспринимать это все всерьез.

Однако, когда попадаешь на корабль, первые пару недель тебя окучивают пропагандой в стиле: «У тебя наконец-то появилась нормальная работа, где тебя любят и ценят». Показывают мотивационное видео, поют песни о преимуществах работы на круизе. Сейчас противно вспоминать всю эту агитацию. А потом будет тренинг из разряда «you must talk» либо «как стать идеальной крысой», где вам четыре часа будут рассказывать, как важно докладывать обо всем происходящем. И половина новых сотрудников поведется.

Когда ты работаешь на корабле, ты не человек — ты цифра. Мой ID — 502111, из него можно понять, какой я по счету работник в компании. У тебя есть задачи, на тебя составлено расписание, ты цифра и должен этому следовать. Важен только твой ID. Даже если ты приходишь в medical center, врач в первую очередь просматривает историю твоих посещений по номеру, а только потом задает вопросы о самочувствии.

К слову, «заболеть» — один из выходов немного отдохнуть от постоянной работы. Интересен факт, что с реальной простудой тебе не дадут отгул, а вот если придешь и сделаешь вид, что у тебя GI, то есть инфекция ЖКТ, тебе начнут уделять должное внимание. Дадут выходной и даже еду в каюту приносить будут. Цирк. Но как тебя зовут, сколько тебе лет и какие у тебя чувства — всем плевать.

«Большинство служащих на корабле заводят корабельные семьи и заводят там детей»

Основные работники на круизах — это выходцы из Азии, Латинской Америки, Филиппин и Восточной Европы. Они работают на кораблях по двадцать лет и больше. Сначала делают это ради денег, а потом — просто потому, что это превращается в зависимость. Понимаете, жизнь на корабле устроена таким образом, что тебе кроме работы не приходится беспокоиться больше ни о чем. Еда, жилье — все есть. Тебе не нужно покупать продукты, оплачивать проезд в транспорте и аренду жилья, готовить еду.

Возвращаясь после длительного рейса домой, на все смотришь с удивлением — даже на автомобили, которые ездят по дорогам. Однажды я спросила у очень пожилого мужчины, почему он до сих пор работает на лайнере. Ведь он уже точно насобирал достаточно денег себе на жизнь. Он ответил, что корабль — это его семья. Хотя там, на суше, у него есть жена, дети, внуки, но их он видит всего лишь три месяца в году, остальное время он проводит в рейсе, и корабль с командой стали его родным домом.

Большинство служащих на корабле заводят корабельные семьи. Не только потому, что хочется секса. Там в принципе очень сложно быть одному. Твой распорядок — сон и работа. Когда у тебя есть пара, ты проводишь с этим человеком свой досуг и он может поддержать тебя в трудную минуту, а такие минуты на корабле происходят постоянно.

У корабельных семей появляются общие дети, и, к примеру, настоящий муж женщины, которая работает на лайнере, может и не понимать, что этот ребенок не от него. А многие знают, и для них это нормально. Настоящая семья знает, что мама или папа зарабатывают большие деньги, обеспечивая родных. Они главные добытчики, вся родня им благодарна.

Этнические мафии персонала лайнеров

На корабле силен так называемый paisano business, по-русски назовем это мафией — когда работники каждой этнической группы объединяются в кланы, поддерживая тем самым «своих». Самые мощные мафии — это филиппинская, индонезийская, латинская и индусская. Белорусы могут сделать вид, что они не говорят на твоем языке, русским все до фонаря, украинцы и балканцы тоже стараются держаться «своих».

Наблюдать, как они держатся друг за друга, очень круто. Приедет, к примеру, на корабль новенький, например серб. На него в течение дня свалится сотня сербов, боснийцев — и давай его поить, кормить, угощать домашним вином со словами: «Вот, пей вино, его варил еще мой дед, живущий в горах. Мы тебе сейчас все расскажем, покажем, с кем дружить, а с кем не стоит». Это очень помогает адаптироваться к жизни на корабле.

У меня был доступ к вкусной еде, мне чинили все, что ломалось, доставали необходимые вещи, например краску для волос, пробивали бесплатные места в дорогущие экскурсии для гостей, а мои стюарды часто работали барберами, поэтому вопрос о стрижке тоже отпадал.

Еда на корабле не очень вкусная в силу того, что повара в основном индусы. И готовят они для 70 процентов работников — а это азиаты. Это острое, непривычное нашей кухне. Если они приготовили рыбные головы, то все, другой рыбы нет. У азиатов праздник, у европейцев — горе. Азиаты едят головы рыб, и им вкусно. Для них это деликатес.

Но всегда есть рис, супы, салат-бар, картофель-фри. У меня, в силу моей позиции, были привилегии, и я могла есть еду для гостей, которая располагалась на open deсk. А у большинства таких привилегий нет. Просто представьте, человек пашет девять месяцев, и у него нет морального права пойти поесть на открытую палубу. Зверство. В этом описана вся корабельная жизнь. Создание системы неравенства, подавления и развития системы стукачества.

«Для американца испражниться в бассейн — обычное дело»

Американцы — ужасные свиньи, если говорить откровенно. Часто так наговаривают на русских, но это просто стереотип.

Американцы ужасно полные, и у них настоящий культ еды. Первые вопросы, которые они задают, ступив на лайнер, — это где еда, где выпивка и кому пожаловаться. Американки — это образец настоящей drama queen. Им нужно создать драму на пустом месте. Они зациклены на жалобах и компенсациях — у них эта система весьма развита.

Наш круиз был одним из самых дешевых — 300 долларов, и ты можешь выплачивать сумму весь год без процентов, в кредит. Были люди, которые заходили на корабль без обуви с пакетом в руках. На корабле ты платишь за круиз, каюту и в конце путешествия должен заплатить премию людям, которые тебя обслуживали. Поэтому за любой косяк, малейший недочет американец будет жаловаться и требовать денежного вознаграждения либо подарков. Например, чернокожие американки любят сильный макияж, не смывая его, они ложатся спать. Утром, обнаруживая следы косметики на подушке, они тут же начинают жаловаться, что никто тотчас же не поменял им наволочки.

Для них отдых на круизном лайнере — это манна небесная. Они отрываются в эти четыре дня, как в последний раз. Едят, пьют, плавают в бассейне. Ужасно мусорят. Американец может выбросить коктейль или мороженое по пути в коридоре или прямо на палубе. 90 процентов гостей так себя ведут. Для них вырвать или испражниться в бассейн — это обычное дело. Они делают это повсюду. Это называется vomit incident. Американец еще и сообщит об этом менеджеру и потребует медицинскую помощь. Тонны мусора, тонны жратвы — все это перерабатывается в garbage room круглосуточно, и часть выбрасывается в море, а что-то в порту. Поэтому в Америке сильна тема экологии — как переработать весь этот бесконечный мусор, если система общества основана на потреблении.

Очень много людей, которые находятся буквально на пороге смерти. В инвалидных креслах, в кислородных масках. Есть специальная комната с медицинским оборудованием для таких туристов. Там есть все: специальные стулья, препараты для диализа, препараты для вентиляции легких. Многие так и ездят из круиза в круиз, надеясь умереть именно на корабле. Морг на лайнере, соответственно, имеется.

Американцы ужасно ленивые. Они арендуют инвалидные кресла, скутеры, потому что им лень передвигаться по кораблю самостоятельно. Они спрашивают, есть ли на корабле горизонтальный лифт! Но на корабле есть даже тюрьма для особо буйных клиентов. У меня был случай, когда муж жестоко избил свою жену, при этом разнес весь номер в щепки. Пришлось его скрутить и отправить в заключение до конца путешествия. Его жене дали новую каюту. А ему выставили счет за ущерб имуществу в номере.

«Если корабль начнет тонуть, гости погибнут, а персонал — нет»

Иногда туристы прыгают за борт. Это может быть суицид или просто пьяная выходка. Обычно прыжки заканчиваются летальным исходом. Ведь это все равно что прыгнуть с крыши девятиэтажного дома, плюс корабль движется с большой скоростью.

В мой круиз такое случилось. Муж прыгнул за борт на глазах у своей супруги. В четыре часа утра раздался сигнал тревоги. Объявили: человек за бортом. Странное в этой ситуации, что ты просыпаешься и первым делом смотришь свои emergency duties. Это такой свод правил и действий на случай катастрофы. В мои emergency duties «in case of real emergency» входила организация работы команды по доставке в спасательные шлюпки пассажиров со special needs, то есть инвалидов, беременных, пьяных и так далее. Так смешно, в США пьяный — это человек со special needs.

У всех нас есть карточки, где прописано, что ты должен делать на все случаи жизни: тонет корабль, пожар, ядерная атака или тонущий пассажир. К слову, раз в неделю, вне зависимости от того, в какую смену ты отработал, свободные часы у тебя либо нет, тебя вызывают на drill, где прорабатывается сценарий поведения персонала на случай кораблекрушения. Штука абсолютно бесполезная, потому что каждый понимает и знает: если случится катастрофа и корабль начнет тонуть, никто не будет следовать этим идеалистическим сценариям, а начнется паника. И никакие crowd management навыки тебя не спасут. Интересен тот факт, что, если корабль действительно начнет тонуть, гости погибнут, а персонал — нет, потому что при определенном градусе крена life boat для гостей не спустишь, а life raft для крю — запросто.

И вот первая твоя мысль после пробуждения — не о том, что где-то сейчас умер человек, а «у меня есть emergency duties или я могу поспать?» Смотришь в карточку — «о, у меня это не прописано, и я могу не вставать с постели». А потом — «стоп, ты что, так нельзя, там человек умер!». И бежишь на палубу.

Корабль начинает делать круги, включаются огни, которые просвечивают воду и ищут тело, если ночное время суток. Плюс подключаются другие корабли, которые помогают искать упавшего за борт туриста. Днем уже подключаются вертолеты и береговая служба. Поиск должен продолжаться 72 часа. Но гости корабля начинают возмущаться и жаловаться соответственно, что они не могут продолжить свой круиз из-за смерти какого-то человека. Помню, мимо меня прошла одна туристка и сказала: «Если они мне не вернут мои деньги, то я их засужу». На смерть человека им совершенно плевать. Поэтому с корабля снимается ответственность достаточно быстро, и поиски передаются береговой охране. К сожалению, часто погибших так и не находят.

Вместо вывода

Ship life — это огромная клоака. Немного смерти, немного любви — там, где обслуживающий персонал врастает в эти стены, привыкает к людям, которые вместе с ним впахивают в этом большом организме, туристы — пьют до потери сознания, постоянно едят, испражняются где попало и иногда умирают.

Но, погружаясь туда, особенно если можешь думать и анализировать, приобретаешь несколько бесценных навыков. Например, мой эмоциональный фон выровнялся — после обрушившегося потолка либо двух embarkation days в неделю довести меня до ярости теперь очень сложно. Я перестала осуждать. Осуждать людской выбор, людские поступки, эмоции, модели поведения. Просто наблюдая, я стала впитывать опыт и знание, мне стало проще понимать людей и моя коллекция человеческих странностей пополнилась. Я стала легче переносить разлуку и расставание с людьми, с местами. Возможно, друзья, приобретенные мной за контракт, останутся на долгий срок — я не загадываю, время покажет.

На корабле ты учишься организовывать свое время. Там, если оно появляется и ты им разбрасываешься, а не направляешь в правильное русло, через пять месяцев можешь обнаружить себя в ситуации дичайшего стресса. Вспомните фильмы на тему дня сурка. А на корабле день сурка длится месяцами.