Почему дорогу в Патагонии (ruta 40) боятся водители, но хотят туристы?
Ещё находясь в городе Эль Калафате купила билет на дальнейший путь в город Перито Морено. Трудно купила. Билетов проехать по легендарной руте 40 всем желающим не хватает. Те, кто самолётом прилетел, обратно к цивилизации стараются выехать сороковой дорогой. Считается, если ты преодолел этот путь, то совершил подвиг.
Всем нужна эта трудная и красивая дорога у подножия Кордильер, где ледники стекают реками по одну сторону пути и образуют синие озёра в яркой поросли со стаями водоплавающих птиц по другую. Шквалистые ветра с гор, каменистая грунтовка под колёсами тянется на тысячи километров.В Патагонии дорог не густо, только та, по которой я приехала и та, которой уеду. Только они соединяют отдалённые южные районы с Большой землёй.Маршрут Эль Калафате - Перито Морено - Барилоче расчитан на четыре неполных дня с одной ночёвкой в городе Перито Морено.
Первыми о сороковом пути мне рассказали девочки чилийки, они прошли его дважды. Именно они назвали руту 40 ужасной.
***Итак, в шесть часов вечера мой рейсовый автобус выехал из Эль Калафате, столицы ледников, на 40-ую дорогу. Еду я в Перито Морено и серьёзно приготовилась к большим испытаниям. Сама дорога пока отличная, но километров через 100 разорвалось колесо.
Пока водители его меняли, мы пассажиры высыпали на берег роскошного озера Аргентино, самого большого в стране и перезнакомились между собой. Кроме меня ещё двое французов, остальные из местных.
Дородная женщина с типичными индейскими чертами лица везла сына в спортивную спецшколу для подготовки к участию в олимпийских играх. Наверное она была похожа на растворившихся среди других народов аборигенов Патагонии теуэльче, чей средний рост был 1.80м. От неё вновь услышала, что озеро всегда меняет оттенок воды от серого до лилового, в то время как остальные мелкие имеют постоянный цвет, хоть и различный между собой.19 февраля в Калафате проходит праздничный карнавал в честь крещения озера, на который съезжаются участники отовсюду.
А вообще в это время карнавалы танцуют по всей Южной Америке во главе с бразильским, но каждая страна имеет для этого свою причину.
Одним рейсом со мной ехали несколько чилийцев в северные районы Чили через Аргентину. По своей стране передвигаться с юга на север очень проблематично. Островная южная часть Чили изобилует проливами и проливчиками, через которые ходят паромы, и добраться до чилийской автострады Аустраль (carretera Austral), что идёт на север Чили и дальше через континент, требует временнЫх затрат. Поэтому чилийцы переходят границу в Аргентину через Пуерто Наталиа и движутся автобусом по руте 40 вдоль границы у подножия Анд, а уже из аргентинской Мендозы идут снова через границу в Чили и попадают в её северные районы.
Правительство Чили настаивает на упрощённом визовом режиме для жителей своего юга, но аргентинцы пока не идут навстречу и каждый раз нещадно штампуют паспорта чилийцев в обиде за Фолклендскую войну. Да и вообще, фолклендские дебаты у аргентинцев не сходят с языка и они готовы развивать эту тему до бесконечности, помня о том, когда в конфликте с англичанами ближайшая соседка Чили пребывала в статусе нейтралитета и не встала на сторону Аргентины.
Сменив колесо, мы снова двинулись в путь. Викуньи и страусы гуляли на эстансиях, мелкие зверьки перебегали дорогу, лагуны синей воды оживляли местность, редкие одинокие домики иногда ютились у их берегов. Справа протянулась гористая гряда причудливого рисунка.
При виде эстансий окрестности будто оживали.
Когда закончился асфальт и началась мелкая щебёнка, откуда-то появился шквалистый ветер. Дорога ровно укатана без ям и колдобин, но автобус раскачивало и трясло. Ветер дул беспрерывно с ураганной силой, стараясь нас перевернуть вверх колёсами. Здесь так всегда. Машину не удержать, если она сама не устоит перед безумной стихией. Я напряглась и следила за ситуацией. Шума ветра не было слышно из-за звука мотора, но раскачивание не прекращалось. Тревога не уходила. Фотографии уже не получались, да и животные не позировали.
Чтобы получилось красивое фото требовалось совпадение благоприятных условий, но их здесь не было, только на Альтиплано непуганые гуанако замирают и смотрят тебе в камеру.
Сопровождающий рейса раздал дорожные пайки из конфет и сока. Он с улыбкой сказал спать спокойно, багажники загружены полностью, нас не перевернёт. Вечер тянулся и не хотел смеркаться. Белые ночи в январе в своём апогее. Не спалось, но стало спокойнее после слов о безопасности. Я наблюдала за прерией.
За окном промелькнула страшная сцена. На ограде из колючей проволоки повисла викунья, так и погибла, не сумев освободиться. В половине двенадцатого начались сумерки, а закат так и оставался непогашенным на краю мира. Высыпали мириады звёзд и я нашла нашу Медведицу. Её ковш висел низко и ярко повёрнутым наоборот, опровергая ошибочное мнение, что в южном полушарии его не увидеть. Ещё как увидеть! Лишь одна из звёзд созвездия не восходит за 30 градусов южной широты, но это не мешает любоваться Большой Медведицей в ярком небе Патагонии.
Встречный транспорт полностью отсутствовал, видимо, действительно здесь мало ездят. Но в час ночи остановились. Красный внедорожник из проката на обочине. Двое туристов пытались поставить под его прикрытием палатку на ночлег. Им требовался ремонт, но только завтра один из них поедет с попуткой, если она будет, за механиком, чтобы в ночь не бросить друга. Поэтому нашу помощь подвезти одного из них до ближайшего населённого пункта за 300 км не приняли. А как же койоты и зорро? Хотя это почти одно и то же - лисицы похожие на шакалов и наоборот.
Суровая природа, трудная жизнь, а значит, помоги нуждающемуся. Через час мы вновь остановились у эвакуатора с зажжёнными маячками, что на случай надобности дежурит у дороги. Его мы направили на помощь красной машине, вот такой тут сервис!
Утром прибыли в деревню Три Озера (Tres Lagos).
На улицах ни души, только беснующийся ветер срывает крыши. Деревенька опрятная, с тренажёрным комплексом в парке и детской площадкой, но абсолютно пустая. Чистая улица с красивой церковью и никого. Мы встали дверь в дверь с автостанцией. Только я среди пассажиров попробовала выйти, пока водитель пошёл отмечать документы. Только три метра от здания и меня рвануло беснующейся волной ветра, срывая одежду и подняв волосы к небу. Что это? Разве так бывает? Ни стоять, ни говорить, не ходить, даже снова вернуться в салон было не просто. Я поразилась, но здесь почти всегда так, а жители выходят на улицу по самой крайней необходимости.
Напротив автотерминала стоит дом с надписью на стене «Криво улыбнись!». Улыбнулись и поехали подальше от этих сумасшедших ветров Патагонии.