Мария Куликова: «Я наколдовала, чтобы моя студенческая мечта сбылась»
«Я всегда была собой недовольна. Не знаю, что с этим делать. Наверное, надо прорабатывать у психологов. Но я просто смирилась и стала относиться к этому с юмором. Вы знаете хоть одну женщину, которая бы сказала: «Я великолепна, у меня идеальное тело, невероятное лицо, интеллект, карьера»? Я такое встречала только на просторах интернета, и, кажется, к реальной жизни это не имеет отношения», — говорит актриса Мария Куликова.
— Маша, сейчас поклонники сериала «Склифосовский» эксклюзивно смотрят новый, 13-й сезон на платформе «Смотрим», а потом премьера будет на телеканале «Россия». Вы можете раскрыть секрет «Склифосовского»? Жизнь за почти 15 лет невероятно изменилась, появился искусственный интеллект, а сериал как был актуален в 2012 году, так и остается до сих пор...
— Все изменилось, но болеть люди не перестали. Медицинские сериалы так популярны по той причине, что дают возможность людям сублимировать: сидишь на диване, с тобой никакой беды не приключилось, и тебе любопытно наблюдать, как спасают тяжелобольных. Ну и тема человеческих отношений всегда будет актуальна. У нас же комбо — и болящие, и любовь, и карьера. Я и сама обожаю классные медицинские истории — британские, немецкие, американские. «Скорая помощь» — так это просто была моя любовь. Сериал выходил во время моей учебы в Щукинском театральном училище, и я замирала от восторга перед экраном. Кажется, я себе просто наколдовала, чтобы моя маленькая студенческая мечта сбылась и я реализовалась как телеврач. Мне близко это все. Поэтому я зрителей понимаю, и спасибо большое, что нас смотрят.
— Маша, а вы сами смотрите «Склифосовский»?
— Если случайно натыкаюсь на серию, смотрю на своих любимых партнеров Елену Яковлеву, Максима Аверина, Костю Юшкевича, Володю Жеребцова… Просто не могу промотать или выключить. А себя на экране не люблю. Мне кажется, многие артистки не любят смотреть материал с собой. Потому что всегда находятся изъяны. Тем более моему поколению «пионеров-героев» вечно кажется, что они могли бы работать круче, ярче и вообще могли бы лучше выглядеть. То есть мы сразу начинаем себя изнутри жрать. Раньше я этим занималась, поедала себя, а сейчас берегусь.
— А все же, вы снимаетесь в этом сериале столько лет. Как не потонуть в рутине? Надо же, чтобы был «кислород», чтобы было интересно…
«Если случайно натыкаюсь на серию «Склифосовского», смотрю на своих любимых партнеров Елену Яковлеву, Максима Аверина, Костю Юшкевича, Володю Жеребцова... Просто не могу промотать и выключить. А вот себя на экране не люблю»
— Это как спросить меня: «Маш, ты жила на свете, когда тебе было 35 лет, и ты живешь сейчас, когда тебе почти 50. Где ты ищешь кислород?» Мы с моей героиней параллельно росли, развивались. Мне и в жизни не скучно, и в творчестве, и в этом материале тоже. Потому что все меняется, начиная с внешних проявлений, заканчивая глубочайшими внутренними процессами. Изменился и мир вокруг. Развивается российский кинематограф. Когда мне было 35, насколько я помню, еще не существовало интернет-платформ. Представляете, сколько сейчас новых возможностей! Так что кислород дает сама жизнь, а не сценарий.
— Но ведь бывает же, что кому-то надоедает роль, и он просит: «Выведите меня из этой истории, убейте меня, сделайте что-нибудь».
— В «Склифе» я что-то не помню таких криков. Наоборот, когда некоторым ребятам говорили, что линия их героев закончена, они были очень удивлены, а зрители разочарованы и писали невероятные письма. Например, требовали возвращения Андрея Ильина, мужа героини Елены Яковлевой, который с ней снимался еще в «Каменской». Сценаристы решили, что для Елены Алексеевны можно попробовать что-то новое. Но зрители не позволили, и Ильина вернули. Целые баталии разгораются на просторах интернета! Зрители у нас неравнодушные, они бойцы, каждого любимого героя будут отстаивать. Я это на себе почувствовала — очень много читаю отзывов. Люди борются не только за судьбу героев, но и за их внешний вид. Сравнивая очередной сезон с предыдущими, они замечают нюансы, о которых не помнят ни артисты, ни сценаристы, ни режиссер. А наши прекрасные зрители все помнят! Пишут письма в продакшен, в телекомпанию «Русское», добиваются изменений. И я всем очень благодарна за внимание к нашему творчеству.
— Маша, а что неравнодушные зрители пишут про вашу героиню?
— Бывают жалобы на то, как меня одевают художники по костюмам, гримируют художники по гриму, снимают операторы. Люди хотят, чтобы я в кадре была просто идеальна, что, к сожалению, в силу возраста уже невозможно. Мне кажется, они забывают, что с первого сезона прошло практически 15 лет, и это очень большой срок для любого человека, а уж для женщины на экране тем более. И я призываю всех не переживать, потому что сама эти изменения воспринимаю спокойно. Вот в этом году исполняется по 50 лет моим подружкам, которые рядом со мной с детства (а для меня они все равно девчонки, и мне плевать, сколько им лет). Я буду гулять на их юбилеях и наслаждаться тем, что они в своем возрасте выглядят на свой возраст. Думаю, это прекрасно.
Я сейчас вспомнила симпатичный случай, когда после длительного перерыва труппа Театра сатиры вновь приехала в Америку на гастроли. И на открытии гастролей — это было, скорее всего, на Брайтон-Бич — Ширвиндт с Державиным вышли на сцену в качестве ведущих, а какие-то бабуленьки, которые давно уехали в Америку, еще из Советского Союза, громко ахнули: «Боже, как они постарели!» На что Александр Анатольевич, Шура, как мы его называли, не растерявшись, ответил: «Девчата, вы тоже не помолодели».
— А как вы думаете, внутренне человек сильно меняется с возрастом?
— Мое окружение — это мои ровесники. Они все или 76-го или 77-го года рождения. И у меня чувство, что мы остались такими же дурочками, как в юности, и по-прежнему делаем какие-то глупости. Нет ощущения, что мы взрослые женщины. Ну разве что я чуть-чуть стала себя притормаживать, немножко успокоилась: всех ролей не сыграешь, во все путешествия не съездишь, все книги не прочтешь, все фильмы не посмотришь. Раньше я постоянно пребывала в гонке. Теперь у меня такой подход: если не нравится фильм, вставай и уходи. Если не нравится книга — оставляй. Я перестала истерически пытаться успеть все, всем угодить и быть правильной. Даже могу позволить себе отказываться от работы. Бесстрашно. На самом деле я очень долго к этому шла. Недавно позволила себе от трех проектов отказаться, хотя я люблю зарабатывать деньги и тратить их на классные подарки, путешествия и приключения.
— А диалог с зеркалом меняется? О чем вы думали в 35 лет, глядя на свое отражение, и о чем сейчас?
— Мой диалог с зеркалом не изменился, к сожалению. Я всегда была собой недовольна. Не знаю, что с этим делать. Наверное, надо прорабатывать у психологов. Но я просто смирилась и стала относиться с юмором. Вы знаете хоть одну женщину, которая бы сказала: «Я великолепна, я потрясающа, у меня идеальное тело, невероятное лицо, интеллект, карьера»? Я такое встречала только на просторах интернета, и, кажется, к реальной жизни это не имеет отношения. Или именно я притягиваю таких же сомневающихся, рефлексирующих, тонких и ранимых людей, а где-то есть идеальное общество, в котором все великолепны?
— Неужели не было момента, когда вы бы самой себе нравились?
— Если выпускаешь удачную премьеру и на поклонах наступает катарсис, ощущаешь невероятный эмоциональный подъем. Но в этот момент не думаешь о том, как ты хорош, а просто чувствуешь волну от зрителя и понимаешь, что все не зря, что ты подарил людям счастливый вечер. Особенно когда смешишь людей. Я больше десяти лет проработала в Театре сатиры и не забуду это ощущение: 1260 человек взрываются смехом, и у тебя аж мурашки по телу оттого, что им хорошо. А так, чтобы я стояла и думала: «Господи, какая я красивая», — мне кажется, такого у меня все-таки не было. Даже когда режиссеры, которые ко мне очень нежно относятся как к человеку и профессионалу, присылают скриншоты с монтажа: «Машка, ты посмотри, какая ты красивая, какой кадр», я не знаю, как реагировать, начинаю отшучиваться.
«Я очень большой трус, так что пластики не будет. Пока, во всяком случае. Я даже статьи про это читать не могу и видео смотреть. Но не зарекаюсь»
Мне вообще кажется, что большинство артистов идут в эту профессию, чтобы изжить комплексы. В жизни мы закрытые, ходим в кепках, в темных очках — как человек в футляре. А на сцене расцарапываем себя, мордуем по полной программе, что дает возможность не ходить к психотерапевтам. У меня — именно так. В обычной жизни я держу дистанцию, меня нет ни в одной из соцсетей: такова моя природа.
— Отсутствие в соцсетях — это ваши кепка и черные очки?
— Наверное. Я не люблю ходить на громкие премьеры. Даже когда приглашают и говорят: «Это предпоказ, классное кино, очень интересно», я не иду. Или плачу за билет — и тогда не обязана делать фотографии на фоне постеров и что-то говорить. Так же, например, с отдыхом, когда меня бесплатно приглашают в какие-то классные отели: я понимаю, что это будет не отдых, а продолжение работы, придется продвигать продукт. И отказываюсь.
— Закрытая вы или нет, но для многих вы пример для подражания. То есть все смотрят, какой у вас макияж, все хотят знать ваши секреты красоты, уважаете ли аппаратную косметологию или, например, пластику…
— Я очень большой трус, так что пластики не будет. Пока, во всяком случае. Я даже статьи про это читать не могу и видео смотреть. Но я не зарекаюсь. Секретов красоты у меня, к сожалению, никаких нет. Я не приучена ни к спорту, ни к регулярным походам к косметологу. И это моя беда.
— Маша, как? Вы не ходите к косметологу?!
— У меня же практически непрерывный съемочный процесс, когда ходить? На днях возник небольшой перерыв, и я удалила родинки, которые появились на лице и чисто эстетически мне не нравились. И две-три недели мне пришлось не пользоваться косметикой, пока все это подживало. А несколько свободных недель у меня случаются крайне редко… Или вот мои девочки говорят, что мезотерапия — классная вещь. Если я правильно понимаю, это когда иголочками протыкают и питают кожу. Все супер, но я же не могу в таком виде прийти на съемочную площадку. Кто-то из моих девчонок делал блефаропластику, чтобы убрать мешочки под глазами, но представляете, заживало у них это месяц! В общем, я не призываю никого манкировать косметологией, но у меня пока не получается. Может, наступит край, я посмотрю на себя в зеркало и скажу: «Было, конечно, не очень, но сейчас вообще кошмар». Возьму паузу и побегу все сразу делать, что не хорошо. У меня такой дурацкий характер, я все делаю нахрапом, в моменте включаюсь на сто процентов. Не умею действовать постепенно, без истерики. Приехала из отпуска: «Какой кошмар, я поправилась! Все, вообще больше ничего не буду есть». В общем, врать, что я веду нормальный образ жизни, не буду. У меня все волнами. Мне говорят: «Съешь маленький кусочек торта». Нет, мне надо съесть половину торта, поэтому я лучше не буду даже начинать. Может, это связано с гороскопом или с воспитанием, бог его знает, но совладать с собой я не смогла. Но я всех призываю заниматься спортом, ходить к косметологу и питаться правильно, а не сидеть на бесконечных диетах, как я, а потом срываться. А еще хорошо ложиться спать вовремя, а не как я — в три ночи. Я смотрю сериалы, занимаюсь какой-то фигней. Правда, появился лайфхак: я на ночь читаю и успокаиваюсь. А потом в семь утра встаю, чтобы приготовить Ване завтрак и отвезти его в школу…
— Маша, почему в таком случае вы так хорошо выглядите?
— Крем дневной, ночной. Однажды очень смешной педагог, который преподавал правила дорожного движения, сказал: «Девочки, не бывает межсезонной шины. Вы же пользуетесь дневным кремом и ночным кремом, вот так же должна быть зимняя резина и летняя резина». У нас на курсах был девчачий коллектив… И я подумала: елки-палки, а у меня один крем на все случаи жизни. И с тех пор поняла, что это важно. Вот представляете, не косметолог дает тебе советы, а дядька в автошколе…
— Внешность — это часть актерской профессии. И в каком-то возрасте актрисе приходится принимать решение — кто ты? Алиса Фрейндлих, у которой «говорит» каждая морщинка, или ты Людмила Гурченко и до последнего делаешь все, чтобы лицо было идеально гладким, как будто не было прожитых лет.
— Наверное, выберу первый вариант. Это ни хорошо, ни плохо, это данность, и мне проще перейти на роли мам, потом бабушек — так я буду себя спокойнее чувствовать. Всегда мечтала сняться в какой-нибудь военной картине, где вообще не надо пользоваться косметикой, поправлять волосы, начесываться, накручиваться и так далее, а чтобы все было вот как есть и материал это оправдывал. Но так всегда получалось, что я должна была служить неким символом, примером для женщин: да, она пережила сложный период, но потом она расцветает и встречает любовь. В мелодраматическом жанре я существую энное количество лет. Но со временем скорее буду играть мам, чем какую-нибудь, например, холеную хозяйку модельного агентства. Нет, конечно, я не Гурченко… Вот вы задали этот вопрос, и я подумала, что очень люблю Нину Усатову, которая вообще никогда не занималась никакими пластическими операциями, но боже мой! Что в кадре, что на сцене она неподражаема, просто фантастика! Я ее фанат. И мне не нужно, чтобы она была вся такая худенькая и молоденькая…
— А дает возраст какие-то бонусы актрисе? Про минусы, среди которых главный — уменьшение количества возможных ролей, известно.
«Люди хотят, чтобы в кадре я была просто идеальна. Мне кажется, они забывают, что с первого сезона прошло практически 15 лет, и это большой срок для любого человека, а уж для женщины на экране тем более»
— Эмоционально зрители больше подключаются к человеку с жизненным опытом. Если ты юная и очень красивая артистка, есть стереотип, что, возможно, ты поверхностная, пустая, что далеко не так. Шарлиз Терон посчастливилось играть в фильме «Монстр», чтобы продемонстрировать актерский диапазон. Потому что если бы было только J’adore Dior — это значило бы, что она просто красотка, и все. Тупик! И какая она умничка, что через это прорвалась. Но у нее был шанс. В реалиях нашего кинематографа, мне кажется, никто не даст артистке целый год готовиться к роли, чтобы она набрала 28 килограммов, и грим по 4—5 часов не станут делать… Но в общем — да, мне кажется, возраст для актера большой бонус. Я уже наигралась молоденьких девчонок, наелась этого материала, хочется чего-то более весомого.
— О каком проекте вы мечтаете?
— Очень хочу комедийный, ироничный проект про моих ровесниц, которые занимаются каждая своей профессией, путешествуют, ведут смешные диалоги в ресторанах, попадают в дурацкие ситуации и потом их обсуждают. Что-то приключенческое, комедийное, яркое и, скажем так, органичное для моего поколения. И я не имею в виду драму семейных будней. Это важная часть, но сколько всего смешного и яркого происходит в офисах, на улице, на дружеских посиделках. Ну в общем, жду правдивую историю с элементами сарказма и черного юмора — чтобы все поняли: 50-летние люди живут интересно!
Кстати...
«Склифосовский» можно назвать одним из долгожителей отечественного телевидения: он выходит с 2012 года. Сериал снимали в Москве, Подольске, Нижнем Новгороде, Кисловодске и других городах. В 13-м сезоне у Брагина (Максим Аверин) в семье настоящий кавардак: на голову ему и Марине (Мария Куликова) сваливается ее бывший муж Марк (Валерий Панков). Естественно, строптивому доктору не нравится, когда ломают его счастье: начинается конфликт...