Здоровье |
Как все устроено: Медсестра
Медсестра петербургской больницы рассказала о романах на работе, скандальных пациентах и восприятии смерти.
У нас молодой коллектив, старшей медсестре 25 лет. Часть ещё учится в медвузах, другие окончили медколледж. Я работаю в экстренной больнице, пациентов много, работа тяжёлая, поэтому устраиваются молодые: не каждый человек в возрасте может это выдержать.
Девушек, несмотря на то, что работа тяжёлая, чуть больше, чем молодых людей. Официально профессии «медбрат» вообще не существует: мужчинам в трудовой книжке всё равно пишут «медицинская сестра». Самые резвые и сильные из них работают в «приёмнике» — приёмном покое, там тяжелее всего в физическом плане: нужно много возить пациентов по разным этажам.
Я считаю, что каждый, кто учится на врача, должен поработать средним персоналом — медбратом или медсестрой. Особенно это касается тех, кто собирается работать руками, например будущих хирургов. Есть врачи, которые не знают, как капельницу переключить, — это совсем стыдно. В моём вузе медсёстрами работают большинство студентов, кроме самых отчаянных задротов. Самое сложное — не разлюбить свою профессию до того момента, пока ты не выйдешь с дипломом. Мне кажется, ещё год назад я любила медицину больше. Это неблагодарная и неденежная работа.
Обязанности медсестры
Круг обязанностей медсестры достаточно широк. В нашем хирургическом отделении пациенты тяжёлые, работы ещё больше. С утра мы раздаём таблетки, осматриваем пациентов: бросаем на каждого взгляд, как будто заново знакомимся. Я работаю по выходным, когда нет отдельной процедурной медсестры, поэтому ставлю сама капельницы и уколы. Иногда приходится делать перевязки. Обычно этим занимается доктор, но бывает, что у него нет времени. Или есть дни, когда в отделении нет дежурного врача — это происходит из-за сокращения штата.
Самые сложные случаи связаны с остановкой сердца. Мы сразу звоним реаниматологам, говорим кодовое слово «с чемоданами». Они сразу понимают, что происходит. В течение двух минут поднимаются, в это время медсестра делает непрямой массаж сердца.
Смена медсестры длится сутки. Иногда получается вздремнуть. У нас есть селектор — устройство для вызова, — который орёт чуть ли не на всю больницу. Он разбудит даже мёртвого. Количество смен в месяц варьируется. Максимум, что я видела, — 14. Часто врачи и медсестры работают по совместительству в нескольких больницах. Зарплата у нас — три тысячи рублей за смену. В других больницах бывает меньше.
Пациенты
Я редко грублю пациентам, только в крайнем случае. Например, недавно больной решил научить меня, как правильно ставить капельницу. Он стал сам её переставлять, порвал. Пришлось сказать, что если он не успокоится, то я его выгоню.
Наверное, это предсказуемо, но мужчины в возрасте больше всего боятся уколов и различных процедур — вскрикивают, дёргаются. Бывают и очень терпеливые пациенты — все зашитые-перешитые, но терпят. У меня не всегда получается успокаивать пациентов, но обычно им просто нужно высказаться, особенно бабулям.
Один пациент меня пытался убить. У него случился инсульт, он был частично парализован и начал сходить с ума. Когда я к нему подошла, он стал кричать, что ненавидит меня. Схватил кружку, швырнул её со всей силы в меня. Попал в ногу.
Раньше поступало много непрофильных пациентов, например с белой горячкой. За время работы я уже составила собственный алгоритм проявления белочки. Сначала такие пациенты становятся очень навязчивыми, подходят, спрашивают, чем их лечат. Потом ни с того ни с сего они подбегают и говорят, что в их палате по стене течёт вода. Конечно, никакой воды нет. Ещё позже они подходят в куртке со спокойным видом и говорят: «Я вас рассекретил, вы здесь проводите на мне опыты, я звоню в полицию и ухожу». Исход один: их отправляют в блок экзогенной интоксикации, ставят капельницу, дают успокоительное — и они просыпаются людьми.
Круг обязанностей медсестры достаточно широк. В нашем хирургическом отделении пациенты тяжёлые, работы ещё больше. С утра мы раздаём таблетки, осматриваем пациентов: бросаем на каждого взгляд, как будто заново знакомимся. Я работаю по выходным, когда нет отдельной процедурной медсестры, поэтому ставлю сама капельницы и уколы. Иногда приходится делать перевязки. Обычно этим занимается доктор, но бывает, что у него нет времени. Или есть дни, когда в отделении нет дежурного врача — это происходит из-за сокращения штата.
Самые сложные случаи связаны с остановкой сердца. Мы сразу звоним реаниматологам, говорим кодовое слово «с чемоданами». Они сразу понимают, что происходит. В течение двух минут поднимаются, в это время медсестра делает непрямой массаж сердца.
Смена медсестры длится сутки. Иногда получается вздремнуть. У нас есть селектор — устройство для вызова, — который орёт чуть ли не на всю больницу. Он разбудит даже мёртвого. Количество смен в месяц варьируется. Максимум, что я видела, — 14. Часто врачи и медсестры работают по совместительству в нескольких больницах. Зарплата у нас — три тысячи рублей за смену. В других больницах бывает меньше.
Пациенты
Я редко грублю пациентам, только в крайнем случае. Например, недавно больной решил научить меня, как правильно ставить капельницу. Он стал сам её переставлять, порвал. Пришлось сказать, что если он не успокоится, то я его выгоню.
Наверное, это предсказуемо, но мужчины в возрасте больше всего боятся уколов и различных процедур — вскрикивают, дёргаются. Бывают и очень терпеливые пациенты — все зашитые-перешитые, но терпят. У меня не всегда получается успокаивать пациентов, но обычно им просто нужно высказаться, особенно бабулям.
Один пациент меня пытался убить. У него случился инсульт, он был частично парализован и начал сходить с ума. Когда я к нему подошла, он стал кричать, что ненавидит меня. Схватил кружку, швырнул её со всей силы в меня. Попал в ногу.
Раньше поступало много непрофильных пациентов, например с белой горячкой. За время работы я уже составила собственный алгоритм проявления белочки. Сначала такие пациенты становятся очень навязчивыми, подходят, спрашивают, чем их лечат. Потом ни с того ни с сего они подбегают и говорят, что в их палате по стене течёт вода. Конечно, никакой воды нет. Ещё позже они подходят в куртке со спокойным видом и говорят: «Я вас рассекретил, вы здесь проводите на мне опыты, я звоню в полицию и ухожу». Исход один: их отправляют в блок экзогенной интоксикации, ставят капельницу, дают успокоительное — и они просыпаются людьми.
Об отношении к смерти
Сейчас я стала хладнокровной и смертью меня не удивишь. Когда умирают тяжелобольные, старые люди, относишься к этому как к неизбежности.
Не помню, чтобы я плакала на работе. В самом начале пришла после смены домой, и у меня случилась настоящая истерика. В то время у нас лежал дедушка, которому нужно было ампутировать ногу. Он об этом ещё не знал, постоянно натирал и массажировал эту ногу. А потом он сел и начал есть апельсины. Он по-настоящему наслаждался ими, и меня очень это растрогало.
Вообще, с ампутацией ног связаны самые грустные случаи. Очень часто люди не справляются с этим и сходят с ума. За ними нужен особый уход. После ампутации многие поступают в больницу с нагноениями и умирают здесь. Недавно к нам привезли достаточно молодую женщину — ей было лет 50. Её дочка появилась в больнице всего один раз, чтобы оформить документы на квартиру. Через несколько недель после ампутации и выписки она поступила к нам с нагноениями, жуткой лихорадкой, ознобом, она умирала. Эта женщина работала всю жизнь операционной медсестрой.
Служебные романы
Отношения возникают у доброй половины сотрудников, как правило, между врачами и медсёстрами. Как говорит один наш врач: «У нас у всех здесь одна микрофлора». Спят друг с другом прямо на работе — в дежурке, сестринской, на лестнице. Самое главное, что даже если у пары что-то не пошло, они остаются друзьями, всё так же мило общаются, продолжают шутить. Бывают и удачные романы, люди женятся. Один из хороших сериалов на эту тему — «Анатомия страсти». Только так сочетать в больнице любовь, секс и качественную работу нереально. Поэтому врачам друг с другом лучше не спать. Кстати, на хирургах-женщинах никто не женится: зачем мужчине ещё один мужчина в доме. У нас обе одинокие.
Людям, которые посвящают свою жизнь медицине, кроме больницы, проводить время некогда и негде. Если они работают там по 15 суток в месяц, то где им ещё встречаться, отдыхать, выпивать, заниматься сексом? Многие вполне удачно это совмещают.
Благодарность пациентов
Самый частый подарок для медсестры — шоколад «Особый». Он у нас лежит стопками, и мы не знаем, что с ним делать. Бывают и более крупные презенты: недавно женщина, которая лежала с тяжёлым заболеванием, принесла огромную корзину всяких сладостей, фруктов, цветы.
Заработок врача также во многом зависит от того, насколько пациент благодарен. Хирурга кормят его руки. Я знаю случаи, когда за хорошо проделанную операцию пациент дал на чай пятьдесят тысяч рублей.
Обращаться в частные клиники, если речь идёт не о гинекологах, урологах, стоматологах, проктологах или косметологах, я бы не советовала. Пациент обычно не знает, что ему нужно, поэтому с него просто срубить деньги. В государственных больницах у врачей практика больше, и они ответственнее. В частные клиники обычно идут работать ленивые доктора.
Сейчас я стала хладнокровной и смертью меня не удивишь. Когда умирают тяжелобольные, старые люди, относишься к этому как к неизбежности.
Не помню, чтобы я плакала на работе. В самом начале пришла после смены домой, и у меня случилась настоящая истерика. В то время у нас лежал дедушка, которому нужно было ампутировать ногу. Он об этом ещё не знал, постоянно натирал и массажировал эту ногу. А потом он сел и начал есть апельсины. Он по-настоящему наслаждался ими, и меня очень это растрогало.
Вообще, с ампутацией ног связаны самые грустные случаи. Очень часто люди не справляются с этим и сходят с ума. За ними нужен особый уход. После ампутации многие поступают в больницу с нагноениями и умирают здесь. Недавно к нам привезли достаточно молодую женщину — ей было лет 50. Её дочка появилась в больнице всего один раз, чтобы оформить документы на квартиру. Через несколько недель после ампутации и выписки она поступила к нам с нагноениями, жуткой лихорадкой, ознобом, она умирала. Эта женщина работала всю жизнь операционной медсестрой.
Служебные романы
Отношения возникают у доброй половины сотрудников, как правило, между врачами и медсёстрами. Как говорит один наш врач: «У нас у всех здесь одна микрофлора». Спят друг с другом прямо на работе — в дежурке, сестринской, на лестнице. Самое главное, что даже если у пары что-то не пошло, они остаются друзьями, всё так же мило общаются, продолжают шутить. Бывают и удачные романы, люди женятся. Один из хороших сериалов на эту тему — «Анатомия страсти». Только так сочетать в больнице любовь, секс и качественную работу нереально. Поэтому врачам друг с другом лучше не спать. Кстати, на хирургах-женщинах никто не женится: зачем мужчине ещё один мужчина в доме. У нас обе одинокие.
Людям, которые посвящают свою жизнь медицине, кроме больницы, проводить время некогда и негде. Если они работают там по 15 суток в месяц, то где им ещё встречаться, отдыхать, выпивать, заниматься сексом? Многие вполне удачно это совмещают.
Благодарность пациентов
Самый частый подарок для медсестры — шоколад «Особый». Он у нас лежит стопками, и мы не знаем, что с ним делать. Бывают и более крупные презенты: недавно женщина, которая лежала с тяжёлым заболеванием, принесла огромную корзину всяких сладостей, фруктов, цветы.
Заработок врача также во многом зависит от того, насколько пациент благодарен. Хирурга кормят его руки. Я знаю случаи, когда за хорошо проделанную операцию пациент дал на чай пятьдесят тысяч рублей.
Обращаться в частные клиники, если речь идёт не о гинекологах, урологах, стоматологах, проктологах или косметологах, я бы не советовала. Пациент обычно не знает, что ему нужно, поэтому с него просто срубить деньги. В государственных больницах у врачей практика больше, и они ответственнее. В частные клиники обычно идут работать ленивые доктора.