Конфликты русских классиков: Из-за чего враждовали между собой великие писатели и поэты
Почему Булгаков и Маяковский ненавидели друг друга
Булгаков и Маяковский не сошлись не только в литературном, но и в идеологическом плане. Неприязнь между ними возникла еще до личной встречи.
Футурист Маяковский был «рупором пролетариев», поддерживал большевиков и в определенный период своей жизни был ярым сторонником революции. Он не мог терпеть глубокого и сдержанного Булгакова, не имевшего четких политических взглядов. Когда булгаковская пьеса «Дни Турбиных» была допущена к постановке, Маяковский пришел в бешенство и призывал народ игнорировать спектакли.
Михаилу Афанасьевичу, получившему блестящее образование и успевшему поработать врачом, «дворовый» поэт тоже был чужд и непонятен. Но открытой неприязни он не проявлял и промолчал даже тогда, когда противник безжалостно «разгромил» его в своем сатирическом произведении «Клоп».
В середине 20-х годов два гения впервые увиделись в редакции. Свидетели встречи рассказывали, что ценители меткого словца смотрели друг на друга с вызовом и обменивались безобидными колкостями.
Серьезных конфликтов и ссор в реальной жизни между ними не было, литераторы могли мирно поговорить в общей компании и даже поиграть в бильярд. Для баталий они использовали только литературу и театр.
К 1930 году Булгаков находился в трудном финансовом положении. Его произведения не печатались и подвергались жесткой критике, пьесы были запрещены к постановке. Доведенный до отчаяния, писатель задумывался о самоубийстве. Но его опередил Маяковский, дела которого в это время тоже шли не лучшим образом. Современники утверждали, что Булгаков был шокирован и опечален этим событием. Некоторые считали, что смерть Маяковского спасла Михаила Афанасьевича от такого же трагического конца.
Как Тургенев поссорился с Достоевским
Иван Сергеевич Тургенев прослыл одним из самых скандальных литераторов своего времени. Он конфликтовал с Некрасовым, Гончаровым и Достоевским, а Толстой даже вызвал писателя на дуэль, которая в итоге так и не состоялась.
Достоевский познакомился с Тургеневым в 1845 году и, как часто бывало у писателя, поначалу проникся большой симпатией к новому знакомому. Проиграв в казино, Федор Михайлович даже занимал у Тургенева крупную сумму, которую смог вернуть только спустя 11 лет.
Однако, под влиянием идейных и философских противоречий дружественные отношения постепенно переросли в антипатию. Федор Михайлович поддерживал идеи монархизма, православия и славянофильства, чего убежденный западник и атеист Тургенев никак не мог принять.
В 1867 году между писателями произошел окончательный разрыв. Тургенев нещадно критиковал труды своего антагониста, считая его выскочкой и хвастуном. Роман «Преступление и наказание» он назвал «продолжительной холерной коликой». А Федор Михайлович тонко отвечал ему в своем творчестве. Например, Тургенев стал прообразом Кармазинова — тщеславного и устаревшего в творческом плане литератора из романа «Бесы».
Почти за год до своей смерти Достоевский предпринял попытку примирения. При произнесении Пушкинской речи на заседании любителей российской словесности он отметил тургеневскую Лизу Калитину в числе замечательных художественных героинь. Но Иван Сергеевич оставил этот жест без внимания и сохранил свою неприязнь даже после смерти Достоевского, едко сравнивая его с Маркизом де Садом.
За что Мандельштам отомстил Алексею Толстому
По воспоминаниям современников, Мандельштам был эмоциональной личностью и принципиальным человеком. Он бесстрашно противостоял обидчикам, если дело касалось его чести, а некоторых даже вызывал на дуэли. Одно из таких противостояний стоило поэту карьеры и жизни.
В 1932 году московский писатель Амир Саргиджан, находясь в подпитии, позволил оскорбления и рукоприкладство в адрес Мандельштама и его супруги Надежды Яковлевны. Такого Осип Эмильевич не смог оставить без ответа и обратился в товарищеский суд.
Судьей по этому делу был выбран писатель и «красный граф» Алексей Толстой. В итоге Саргиджана обязали вернуть Мандельштаму 40 рублей долга, и то — по возможности. А оскорбление Надежды Яковлевны, с которым поэт обратился в суд, вообще оставили без внимания.
Мандельштам был вне себя от ярости и заявил Толстому, что никогда ему этого не простит. Возможность отомстить представилась ему только спустя два года. Встретившись с «красным графом» в издательстве, поэт у всех на глазах дал ему пощечину со словами: «Я наказал палача, выдавшего ордер на избиение моей жены». Толстой проявил графскую сдержанность и ничем не ответил на дерзость оппонента. Но для Мандельштама это поступок возымел самые печальные последствия.
Инцидент получил широкую огласку, и общественность в этом конфликте оказалась не на стороне поэта. Одним из первых на этот счет высказался Максим Горький: «Мы ему покажем, как бить русских писателей!».
Спустя время Мандельштама арестовали. Некоторые коллеги по цеху связывали это с той самой пощечиной «графу». Сам поэт был уверен, что дело в антисталинском стихотворении «мы живем, под собою не чуя страны», которое Пастернак справедливо назвал «самоубийством».
Мандельштам умер в пересыльном лагере от сыпного тифа. Настоящая литературная слава пришла к нему спустя много лет после смерти, а его жизнь стала символом трагической судьбы поэта советского времени. Ахматова назовет Толстого отвратительным антисемитом, который «стал причиной смерти лучшего поэта того времени».
Ревность Бунина к славе Набокова
Нобелевский лауреат Иван Бунин по праву считается одним из самых значимым литераторов своего времени. Однако, существенный вклад в развитие русской прозы не помешали писателю прослыть бесцеремонным и «желчным» эгоистом, не стесняющимся в выражениях. Горького он называл «чудовищным графоманом», Маяковского — «циничным и вредным слугой советского людоедства», а Зинаиду Гиппиус — «необыкновенно противной душонкой».
Особого внимания заслуживают напряженные отношения Бунина с Набоковым. Они родились с разницей в 30 лет, и когда Бунин уже был литературным мэтром, Набоков вставал на писательский путь. Начало их знакомства можно охарактеризовать как отношения учителя и восхищенного ученика. В 1921 году Набоков отправил письмо своему кумиру, в котором просил дать оценку своим стихам.
Время от времени Иван Алексеевич отпускал сдержанную похвалу в адрес юного писателя и говорил, что никого из начинающих с ним не сравнится.
Постепенно из несмелого новичка Набоков превращался в самодостаточного автора со своим специфическим почерком. Его стали признавать в литературном мире, а число поклонников стремительно увеличивалось.
В окружении Бунина все чаще отмечали, что Набоков — его единственный конкурент. Стареющий гений не желал мириться с таким положением вещей и начал ревновать названого ученика к его популярности.
Спустя много лет дружеского общения в письмах два гения случайно встретились в ресторане. Набокова эта встреча разочаровала — оказалось, что кумир ему совсем неинтересен. Позже писатели неоднократно встречались в кругу общих знакомых, но общение было холодным и «удручающе-шутливым». Ученик саркастично называл мэтра «Лексеич Нобелевский» и высмеивал свойственную ему надменность. В 1933 году Набоков писал жене, что Бунин стал похожим на «старую тощую черепаху...». В это время он уже без стеснения проявлял свое превосходство и брезгливо-снисходительное отношение к старому мастеру, который когда-то вызывал у него юношеское восхищение.
К концу жизни Бунин открещивался от первой встречи с Набоковым, называя его «шутом гороховым» и заявляя, что ни в каком ресторане он с ним не сидел.
Что не поделили Бродский и Евтушенко
Евтушенко и Бродский познакомились в 1965 году после возвращения второго из ссылки за «тунеядство». Примечательно, что именно Евтушенко возглавлял компанию по освобождению молодого поэта-бунтаря, в которой также участвовал Жан-Поль Сартр, итальянские политики и другие влиятельные личности XX века.
Вернувшегося из ссылки поэта Евгений Александрович позвал в ресторан «Арагви». Первое время они были очень дружны, Бродский даже выступал на поэтическом вечере Евтушенко. Но когда в 1972 году встал вопрос о высылке первого из СССР, их отношения резко изменились. После одной из бесед в здании КГБ Иосиф Александрович случайно столкнулся со старым товарищем. Евтушенко пришел туда, чтобы забрать «антисоветские» книги, конфискованные на таможне. Бродский тут же заподозрил его в сотрудничестве со спецслужбами и стукачестве. С годами эта обида только усиливалась, обрастая все большей недосказанностью.
По прибытии Бродского в США Евтушенко поспособствовал его зачислению в преподавательский состав Квинс-колледжа. Но когда поэт сам захотел там преподавать, Бродский решил ему отомстить и отправил руководству колледжа письмо, где предлагал отказать советскому литератору в работе. Позже Евгений Александрович прочитал это письмо и был глубоко потрясен.
С тех пор поэты больше не виделись и не разговаривали, но Евтушенко прилетел на похороны Бродского в Нью-Йорке, а в своих интервью он рассказывал, что эта ссора стала главной раной в его жизни.