Ирина Солдатова прокомментировала обстоятельства своей отставки и уголовного дела

Об уголовном деле
Поводом для возбуждения уголовного дела в отношении Ирины Солдатовой послужила проверка Управлением Федерального казначейства (УФК) по Омской области нескольких контрактов с поставщиками медоборудования. «Насчитали тут же, «на коленке», ущерб в 105 млн рублей и сразу возбудили уголовное дело», – недоумевает экс-чиновница.

Она заявила, что дело сфабриковано и что комиссия УФК допустила множество ошибок: сравнивала оборудование разных моделей и марок, разного класса качества, с отличиями в характеристиках и комплектации. Кроме того, представители ведомства отбирали в качестве аналогов контракты с ценой ниже среднерыночной, не учитывали сроки поставки оборудования и фактическое наличие товаров на складе поставщика.

«Ускоренный срок поставки и фактическое наличие запрашиваемого товара на складе является повышающим ценовым фактором», – говорит Солдатова, ссылаясь на данные независимой экспертизы. Она утверждает, что порой у министерства не было выбора, поэтому приходилось закупать единственный предложенный вариант: «На всех не хватало! Именно поэтому Правительство РФ дало возможность в этот период заключать контракты с единым поставщиком, чтобы уйти от долгой процедуры аукционов, запросов цен у производителей и прочих удлиняющих процедуру мер. И я всеми возможными путями должна была «добыть» медицинское оборудование».

 О заочном аресте
«Я, разумеется, не сбежала», – опровергает Солдатова слухи о ее побеге за границу с целью скрыться от уголовного преследования. Она утверждает, что выехала за границу в отпуск, причем подтвердила наличие квартиры в Дубае, но опровергла свое нахождение там (ранее СУ СК РФ по Омской области сообщало, что подозреваемая находится в Дубае).

«Само решение суда о заочном аресте без доказательства вины не может не пугать и свидетельствует, безусловно, о заказном характере дела. Хоть я и экс-министр, чиновник, но я в первую очередь женщина, а методов выбивания нужных показаний достаточно много, и они хорошо известны», – сказала она, объясняя, почему не считает нужным возвращаться в Россию в ближайшее время.

«Вернуться сейчас – это значит подписать себе приговор, лишиться возможности полноценно защищаться и доказывать свою невиновность, обречь себя на предвзятое правосудие», – сказала она. Солдатова считает, что следствие ведется нечестно, так как суд и следователи не обращают внимания на «доказательства отсутствия ущерба, завышения цен на оборудование».

Об отставке
По мнению Солдатовой, ее увольнения добивались некие «кураторы омской медицины, клан бывшего министра – зампреда правительства и его товарищей» (издание «БК55.ru» считает, что речь идет о вице-губернаторах региона Андрее Стороженко, экс-министре здравоохранения области, и Игоре Бондареве, бывшим ранее начальником Управления ФСБ России по Омской области), которым не понравилось присутствие у власти человека со стороны.

«Понятно, что за эти годы сформирована целая паутина «иной власти» — от контроля и назначения «своих» главных врачей до курации над закупками лекарств, расходных материалов и оборудования. Везде нужные люди, во всех процессах свои. Дергаем за веревочки и получаем нужный результат — удобно. Я ранее не занималась закупками и договориться со мной невозможно, нет «крючков», компромата, все это поняли, поэтому и решили попросту устранить. Объявили войну. Сначала СМИ, саботаж и противостояние, громкие протесты и якобы неправильные кадровые перестановки, а потом апогеем стала провокация скорой помощи. Быстро, во время работы, «слепить» дело не успели, но послевкусие военных действий на территории региона застилало глаза. Устрашение других, показать, кто хозяин в регионе», – рассказала Ирина Солдатова, добавив, что именно невозможность подобной «курации» отрасли сделала ее «врагом № 1».

Об инциденте со «скорыми»
Инцидент с двумя машинами скорой помощи, которые в октябре 2020 года привезли двух пациентов к зданию Минздрава из-за нехватки мест в больницах, был инсценирован главным врачом скорой помощи Максимом Стукановым, считает Солдатова. «Он и раньше шантажировал власти выходом сотрудников на забастовки, блокировкой оказания экстренной медицинской помощи населению Омска, саботажем. Особенно тогда, когда я попыталась сделать скорую помощь доступной и равной во всем регионе: и в городе, и в сельской местности», – подчеркнула она.

По словам Солдатовой, если бы проблема действительно существовала, то ей бы как министру сообщили об этом лично, а не устраивали демонстрацию. «Не было звонков! Никаких и никому! Просто катали пациента по городу в сопровождении родственников и ничего не делали. <...> А потом… 10 вечера, ожидающие и уже готовые к «демаршу скорых» репортеры у здания Минздрава, камеры, сирены и мигалки, громкие заявления и практически лозунги… Хотела бы развеять раз и навсегда еще один миф, активно муссируемый в СМИ. В тот день, как и накануне, я была на работе и ушла из Минздрава за час до приезда машин. Видимо, дожидались моего ухода, чтобы потом сказать в комментариях журналистам: «Как же так, министра нет на работе, никто не выходит к нам из здания», – возмущается Солдатова.

Об условиях работы в министерстве
Солдатова заметила, что, приступив к работе в министерстве в апреле 2020 года, ей приходилось быстро принимать решения ввиду того, что система здравоохранения региона не была готова к сдерживанию эпидемии COVID-19: «С каждым днем количество заболевших только нарастало, а готово ничего не было — ни коек, ни оборудования, ни кадров… В отличие, например, от Москвы, Московской области, Санкт-Петербурга или других регионов, где первые заболевшие были уже в начале года».

В результате проведенного ею аудита медоборудования, заявила экс-министр, выяснилось, что уровень изношенности настолько высокий, что из оборудования «можно было бы сделать музей». Более того, по ее мнению, в регионе отсутствует кадровый резерв, а особенно не хватает грамотных управленцев. «Совместно с кадровой службой Минздрава мы начали активно заниматься формированием кадрового резерва и программой по обеспечению региона квалифицированными специалистами. И все мои кадровые решения были полностью обдуманными, взвешенными и согласованными», – констатировала она во время беседы с порталом ngs55.ru.

Между тем кадровые перестановки были восприняты обществом и СМИ негативно – звучали предположения о том, что Солдатова назначает «своих» людей. Она заметила, что действительно столкнулась с враждебностью СМИ, которые «активно подогревали депрессивный настрой», не освещая положительные изменения, происходящие в здравоохранении.

Ирина Солдатова стала министром здравоохранения Омской области в апреле 2020 года, до этого она занимала пост советника губернатора региона Алесандра Буркова, переехав в Омск из Москвы. Уже в октябре 2020 года после инцидента с двумя бригадами скорой помощи, которые доставили двоих пожилых пациентов с симптомами COVID-19 к зданию министерства из-за нехватки мест в больницах, Солдатова была уволена.

По данным СМИ, уголовное дело в отношении Солдатовой было возбуждено в ноябре 2020 года, но информация об этом появилась 29 января 2021 года, после того как Солдатова была объявлена в международный розыск и арестована судом заочно.

По версии следствия, Солдатова совместно с другим фигурантом дела – руководителем Дирекции по обслуживанию государственной системы здравоохранения Омской области Виктором Бабиковым – «организовали подготовку документов и заключение государственных контрактов с аффилированными коммерческими организациями на поставку медицинского оборудования по явно завышенной стоимости, в том числе в рамках освоения бюджетных средств, выделенных Омской области на борьбу с распространением новой коронавирусной инфекции». В результате ведомству был причинен материальный ущерб на сумму более 105 млн рублей.